Alcatraz 1x10

Clarence Montgomery

& Clarence: Last time I cooked for white folks, I ended up in here.
    Warden James: I’d say the last time you took your chef’s knife to a pretty white girl’s throat, it ended you up in here. See this as a chance for redemption.
    Clarence: And if I say no?
    Warden James: Redemption it is.

& Clarence: I can only be what the world wants me to be.

& Deputy Tiller: You fellas hear about Clarence’s big promotion?.. He’s to commandeer the cooking for the whole prison, coloreds and whites alike. What do you think about that?.. See, our good warden thinks he can convert you all. Convert and rehabilitate you. Thieves, rapists, murderers... The warden thinks you can change. Myself? I’ll admit to doubt, but I am itching to see the results.

& Rebecca: Penicillyn, vitamin B6. Any idea why he’d need these?
    Diego: I can think of 12 things you can treat with that combo, and I’m not even a doctor.

---

& Warden James: I said, bon appetit, you sons of bitches!

& Rebecca: Thanks, Nikky. I owe you a drink.
    Diego: Yeah, me too. I mean... You know... whatever.
    Nikky: How about tomorrow?
    Diego: M-me or...?
    Rebecca: Oh, my God...
    Nikky: You.
    Diego: Tomorrow. Right, sure. Tomorrow’s great.

& Dr. Beauregard: Not that I want to pat mayself on the back, knowing you’re pleased is just reward, of course, but... I was hoping you might be able to tell me now, what you’re doing to their blood between the time I take it out of them and put it back in.
    Warden James: I don’t do anything to it, Milton. What kind of warden would I be if I kept secrets from my staff?


On the Imdb.

Breakout Kings 2x5

Self Help

& Ray: He’s got a nice business going; he clears low six figures a year.
    Lloyd: Whoa, whoa, whoa, six figures? Come on. I’m Harvard-educated, my I.Q.’s the price of a gallon of high-test... why aren’t I making that kind of money?
    Erica: Because... you gambled it all away.

& Lloyd: “If you fail to strive, your self-esteem will be trapped in a rectangle”... that’s spelled W-R-E-C-K-tangle... “And your shame sphere will overflow.” Okay? This is unadulterated hogwash*, hokum*, bunk* and balderdash*. This guy has brain-dead acolytes* filling his visitation log like a phone book. Do you know who’s in mine?.. My mother!

& Ken: It’s great to see you, Ronnie. What are you doing here? I’ve been marking off the calendar boxes; you’re not due for another 146 days.
    Ronnie: What’d I always say about boxes, huh?.. You put yourself in a box, Ken, you get stuck there. But a circle...
    Ken: A circle can roll forever.
    Ronnie: Absolutely.

& Lloyd: He’s got a PhD?.. A Personal Healing Degree. You guys, he’s got a Personal Healing Degree. Please, let me be in a coma, and this is not real, and I’ll wake up... now. No, no. No, it’s still here.

---

& Erica: Oh, my God, both of you, shut the hell up. Shea, not everything’s about race. And, Lloyd, if you want to look down your nose at salespeople, do it in your head, okay?

& Lloyd: Okay, if you refer to her like that again, I will be all over you like a honey badger out of a burlap sack. And you’ll win the fight, Shea, but I will do some damage.

& Lloyd: Well, Mr. Arturo, the reason Dr. Dakota Silicon and I are here is not for you, per se, but rather for a fugitive we’re tracking... Ronald Marcum.
    Arturo: I get sent to solitary and that son of a bitch is running free?
    Erica: Since this morning, and it’s why you were sent to solitary that interests me and Dr. Smallmember.

& Pete: Look, I set up nightclubs, okay? Half the people that I do business with should probably be in prison, so... Did you kill somebody?
    Erica: Five.
    Pete: ........
    Erica: No, um... Mortgage fraud. I made a mistake.

& Lloyd: I can see your lady boner.

& Ray: Your “Breakikikikikikikd” as your blackmail theory or you’re gonna make me look stupid.
    Lloyd: Okay, I’m officially biting my tongue.

& Lloyd: You know, for what’s it worth, the suit doesn’t make the man. If you’d applied yourself to anything other than your chosen profession, you would be ten times more successful than Ronnie Marcum, okay? And as much as it sickens me to say... you’re very smart, Shea.

--
hogwash — фигня
hokum — жульничество
bunk — трескучие фразы
balderdash — галиматья
acolyte — прислужник; псаломщик

On Imdb.

А. П. Прохоров — Русская модель управления (7/16)

Ранее

Механизм смены режимов функционирования системы управления

&  Упрощенно говоря, русская система управления представляет собой что-то вроде длинного поводка. В период нестабильности хозяин подтягивает поводок, берет собаку прямо за ошейник. В стабильный же, спокойный период поводок отпускается на максимальную длину, и у тех, кто на нем находится, возникает иллюзия полной свободы. Когда стабильный период затягивается слишком надолго, поводок вытягивается настолько, что в приемлемые для системы управления сроки его назад уже не подтянуть. В этих-то случаях и происходят необратимые социальные катастрофы, в частности революции.

&  Незадолго до первой мировой войны начальник германского генштаба генерал Мольтке безуспешно пытался понять систему комплектования российского Генерального штаба, в котором было двести штатных мест, по спискам числилось четыреста офицеров, при этом до штата недоставало пятидесяти.

&  Те поколения, которые делают революции в России, борются с существующей властью, фактически борются с существующим образом жизни. Свергаемые ими политический режим и образ жизни соответствуют русской системе управления на стабильном, застойном этапе ее существования. Борясь с застойным государством, революционеры как бы нарушают компромиссный общественный договор между государством и подданными, договор, в соответствии с которым подданные делают вид, что подчиняются государству, хотя на самом деле уклоняются от своих обязанностей, а государство делает вид, что оно всецело владеет ситуацией и руководит подданными, хотя на самом деле уже не может этого делать. Население, вслед за революционерами, отказывается притворяться покорными «государевыми холопами», и старое государство рушится вместе со стабильной, нерезультативной системой управления.

&  В России бунты, революции и приравненные к ним по разрушительной силе реформы являются механизмом принудительной смены стабильного состояния системы управления на нестабильное. Когда система слишком долго пребывает в застойном режиме и нет каких-либо внешних факторов, вынуждающих ее мобилизоваться, то в этом случае в системе срабатывает внутренний ограничитель, и она взрывается революцией. Страна автоматически откатывается к нестабильному режиму функционирования системы управления, к мобилизациям, репрессиям, результативной работе.

&  Возникает соблазн сделать вывод, что имеющееся в той или иной организации в данный момент состояние системы управления зависит от предпочтений ее руководителя (а в России в целом – от верховного правителя). Если он проводит мобилизацию ресурсов, ужесточает дисциплину и требует от всех следования стратегическим целям, то система управления неизбежно переходит в нестабильный режим. Подчиненным становится выгодно подыгрывать новому официальному стилю работы и демонстрировать стереотипы, свойственные аварийно-мобилизационному состоянию системы управления. Но реальные исторические события показывают, что руководитель, даже монарх или генеральный секретарь, сам по себе не является решающей силой, достаточной для смены режима функционирования системы управления.
    Руководитель, в силу присущих ему особенностей характера и уровня понимания общественных процессов, может требовать от подчиненных самопожертвования, проводить мобилизации, репрессировать несогласных и звать к новым рубежам. Но если вектор развития общества противоположен действиям руководителя, то последний обречен на поражение. Павел I и Н. С. Хрущев трясли общество, как грушу, пытались привить ему рыцарский или коммунистический идеал поведения, заставить подданных думать не о шкурных, а о государственных интересах. Они неустанно наказывали и призывали, реорганизовывали и воспитывали. В итоге государственный аппарат, менее всего желавший возвращения системы управления в нестабильный режим, при полном одобрении населения сверг и того и другого.

---

&  В некоторых сталинских лагерях был так называемый «барак без последнего»: когда надо было заставить заключенных быстро выйти из барака, объявлялось, что покинувший барак последним будет застрелен. В таких случаях заключенные, естественно, бросались к выходу, любой ценой стараясь не опоздать; все правила взаимовыручки сразу же прекращали действовать.

&  Когда период застойного, стабильного режима функционирования системы управления затягивается, отсутствуют внешние и внутренние угрозы, то население начинает забывать, зачем ему нужна уравниловка, как она спасает от навязывания аварийно-мобилизационных порядков. В отсутствие угроз со стороны нестабильной системы управления люди начинают роптать на уравниловку, требовать возможности лучше работать и лучше жить, самим планировать свою судьбу и строить карьеру, работать по способностям и побеждать в конкурентной борьбе.
    Начинается брожение умов, глухое недовольство переходит в открытый протест и требования перемен. В конце концов система управления сваливается в состояние нестабильности, проводятся реформы со всеми вытекающими отсюда последствиями – мобилизациями, новым перераспределением, репрессиями, падением жизненного уровня. Население в очередной раз убеждается в справедливости поговорки «за что боролись, на то и напоролись» и, защищаясь от «конкуренции администраторов», закрепляет в своем сознании представления о благотворности уравниловки и порочности конкурентных отношений.

&  Как же удается преодолеть сопротивление бюрократии и населения и перевести систему управления в нестабильный режим функционирования? За счет использования уникального ноу-хау русской модели управления – параллельных управленческих структур. С незапамятных времен рядом с управленцами находились контролировавшие их работу представители параллельных властных органов. Рядом с думными дьяками – думские бояре, рядом с воеводами – фискалы, рядом с командирами – комиссары, рядом с директорами – секретари парткомов и так далее. Если в ходе реформ или революций те или иные параллельные структуры ликвидировались, то вскоре на их месте воссоздавались другие, с расширенными функциями и под другими названиями.
    {…} Параллельные административные структуры должны, при необходимости, переводить систему управления из стабильного в нестабильное состояние, а в спокойное время – поддерживать готовность управленческих механизмов и процедур для такого перехода. Для выполнения подобных функций они наделены обширными правами по использованию ресурсов подконтрольных им предприятий и организаций, причем эти права не уравновешены соответствующими обязанностями. Такой дисбаланс дает параллельным структурам возможность смело рисковать чужими ресурсами для достижения поставленных сверху целей, быть своеобразным катализатором процесса перехода к аварийно-мобилизационной работе.

&  Усиление и кадровое обновление параллельных властных структур – признак приближающегося перехода системы управления в нестабильную фазу.

Далее

Two and a Half Men 3x16

Ergo, the Booty Call

& Alan: Sorry, I’m late, but Kandi and I had morning sex.
    Charlie: Good for you.
    Alan: Twice.
    Charlie: Congratulations.
    Alan: She didn’t even wake me up for the first one. I almost missed it.
    Charlie: Well, I’ve always said a 22-year-old girl is like a good carpenter: no wood gets wasted.

& Charlie: Hey, here’s a fun fact. You’re sleeping with a girl who was born when you were in junior high. And yet there’s a good chance she lost her virginity before you did. And here’s another fun fact. I’ll bet she’s had sex with more girls than you, too.
    Alan: ............ That is... a fun fact.

& Jake: Uncle Charlie? Uncle Charlie, you awake?
    Charlie: Go away.
    Jake: Don’t you want to be the first one to wish me a happy birthday?
    Charlie: Jake, I swear to God...
    Jake: Wait, not yet. Five, four, three, two, one. Okay, now.
    Charlie: Get out.
    Jake: You can give me your present now if you want to.
    Charlie: If you leave immediately, I’ll give you the gift of life.
    Jake: All right.

& Jake: Hey, how come Dad’s not in his room?
    Charlie: ... He’s out with Kandi.
    Jake: When’s he coming home?
    Charlie: Not for a while.
    Jake: Why doesn’t he just have sex with her here?
    Charlie: What makes you think he’s having sex with her?
    Jake: I don’t know, common sense?

---

& Charlie: Happy birthday, you big dope.
    Jake: Why am I a big dope?
    Charlie: When did you finally fall asleep?
    Jake: How could I possibly know that?
    Charlie: And now you got a party starting in a couple hours and you feel like hell, right?
    Jake: Yeah.
    Charlie: Happy birthday, you big dope.

& Jake: Hey, am I old enough to have coffee now?
    Charlie: You still think armpit farts are funny?
    Jake: Yeah.
    Charlie: Then, no.

& Alan: Boy... that really wasn’t a quickie, was it?
    Kandi: The first one was.

& Judith: Why did he take vitamins?
    Jake: I was tired.
    Alan: Okay, but where did you find vitamins to take?
    Jake: In your medicine cabinet.
    Alan: I don’t have any vitamins in my medicine cabinet.
    Jake: Yeah, you do. The little blue ones with a “V” on them.
    Judith: Ooh...
    Evelyn: What’s going on? I don’t understand.
    Berta: The kid’s going to need another party hat.

--
+ quotes on the Imdb.

House of Lies 1x12

The Mayan Apocalypse

& Marty: Welcome to the new economy, America. Where only the richest, meanest, and smartest will remain.

& Marty: I don’t think you really want a recommendation from me, no matter how glowing it is. I got so many enemies, it’d be like a death sentence anyway.

& Doug: Straight out of Harvard, right into Galweather. Maybe that was my problem. You know, the wunderkind thing. I didn’t have enough of an underdog quality. It’s got to be something in that. Not Jewish, you know, not from a second-tier school.

& Monica: Hi, sycophants.

& Monica: Hey, what can I say? That is an honor. It’s very impressive. How did we miss you over at Kinsley?
    Clyde: You’ve actually met me, like, 50 times.
    Monica: Don’t kill your moment by making a lot of sounds.

& Marty: Uh-uh. Leave it open.
    Monica: Oh, come on, let ’em talk.
    Marty: It’s not the talking I’m worried about, Monica, it’s the fucking.

& Marty: I may have something you’d be interested in. But what do you got?
    Monica: I think you show me yours, and then I show you mine.

& Roscoe: The Mayans believed that the world would end in 2012.
    Marty: What do you think?
    Roscoe: The Mayans were pretty smart.
    Marty: Yeah? You better rest up for the Apocalypse then, huh?

---

& Greg: My brother from another mother! Come on!
    Marty: Hi, Greg.

& Rainmaker: Metro Capital’s Galweather Group! The Galweather Group. You ever hear of ovophagy? Sharks, in utero, eat their own brothers and sisters. The strong survive.

& Marty: Do you know why I’m good at what I do, Jeannie?.. I’m good... because I read people’s behavior. That’s the only thing that makes me different than all these other jabonies. I read behavior just a little bit better than they do.

& Marty: You think I can’t see that gaping, sucking hole in the middle of you that you call a soul? I got the same fucking one, Jeannie, okay?

& Marty: You going somewhere?
    Jeannie: When you tell this story later... make me sound good, okay?

& Clyde: You are Slutticus!

& Greg: There’s, like, 20 complainants. Yeah, it’s a Fuckapalooza, Kenny. Oh, seriously, it’s a boner bonanza for the Rainmaker.

& Marty: It’s stunning, really... how something as simple as man’s desire for pussy can undo entire civilizations... or even hostile takeovers.

& Jeannie: I... have been feeling very insecure.
    Wes: Uh-huh. Um, join six billion other people.

& Marty: So you blew up your life for the job, huh?
    Jeannie: You blow up your life every day for the job.

Coming Home — Diddy — Dirty Money

# I’m back where I belong, yeah #
# I never felt so strong, yeah, I’m back #
# I feel like there’s nothing I can’t try #
# And if you with me, put your hands high #
# “A House Is Not a Home,” I hate this song #
# Is a house really a home when your loved ones is gone? #
# So you been a guest in your own home #
# It’s time to make your house your own #
# Pick up the phone, come on #
# I’m coming home, I’m coming home #
# Tell the world that I’m coming home #

--
On the Imdb.

__ So... Bye-bye, HoL, till next season.

А. П. Прохоров — Русская модель управления (6/16)

Ранее

Дуализм русской души

&  Все русские, от грузчика до генерального секретаря, держат в своем сознании два разных варианта поведения, соответствующих стабильному или нестабильному состоянию системы управления. В голове у каждого «вмонтирована» некая точка, по достижении которой он переходит в другой режим деятельности, отрицающий предыдущий опыт и выработанные привычки. {...} Каждый в глубине души знает, что возможны условия, когда вожжи отпускаются, старые ограничения перестают действовать и наступает совершенно новая жизнь.

&  Что же касается извечного тургеневского вопроса о том, кто же настоящий русский – Хорь или Калиныч, Павел Корчагин или Чичиков, ударник-стахановец или вор-несун, то можно ответить, что русский – это тот, кто может быть в одну эпоху Стахановым или Корчагиным, а в другую эпоху – Чичиковым или бомжом. Тот, чей склад характера позволяет ему быть в зависимости от ситуации и тем и другим, и есть настоящий русский. Как сказал об этом Лесков, «мы, русские, как кошки, – куда нас ни брось, нигде мордой в грязь не ударим, а прямо на лапки станем, – где что уместно, так себя там и покажем: умирать – так умирать, красть – так красть».

---

&  Типичный фольклорный герой в России – человек, мягко говоря, не самый умный и образованный, неавторитетный в своей среде, чаще всего обиженный окружающими, вдруг переходит в другой режим существования и совершает великие чудеса находчивости, ума, галантности и доблести. Причем достигается все это отнюдь не упорным трудом; просто в каждом человеке заложена способность ухватить жар-птицу за хвост.
    Когда система управления переходит в нестабильный режим, у людей, занятых самыми разными сферами деятельности, исчезает чувство реальности. Воспаленный мозг убежден в том, что теперь отменены не только прежние искусственные, но и вечные естественные ограничения.

&  Пожалуй, лучшей иллюстрацией дуалистичности русского менталитета в связи с двойственностью системы управления может служить живопись 10–20-х годов XX века – русский авангард. Это был своеобразный реванш язычества после почти тысячи лет христианства. Эта живопись полностью отрицает все христианские основы, традиционный уклад жизни, настолько она чудовищно яркая, наглая, животная. Русский авангард, точно уловивший поднимавшиеся в обществе настроения, идентичен состоянию воли у взбунтовавшегося крестьянина – так сильно на полотнах выражено стремление вырваться за пределы всего привычного и опостылевшего. Характерные для картин русских авангардистов буйные формы и бесстыжие цвета представляют собой живописный бунт, бессмысленный и беспощадный. Рафинированный европейский живописный модернизм начала XX века, на мой взгляд, смотрится на фоне русского авангарда примерно так же, как скромная неврастения на фоне буйного помешательства.

Далее

Our Idiot Brother

& Dylan: Oh, my God. What have you done to your vagina?
    Liz Rochlin: It’s a Brazilian.
    Dylan: Bizarre...

Tony Orlando and Dawn: Tie A Yellow Ribbon Round The Ole Oak Tree

& Coleman: I’m... Officer... Omar... Coleman. I’m... your... parole... officer.
    Ned: I’m Ned Rochlin. Why are you talking so slow?
    Coleman: I just figured, looking at your sheet, that since you sold grass to a uniformed police officer that you must be retarded.

& Ned: This is cool, man.
    Coleman: Yeah.
    Ned: This is like... This is like free therapy. New York State cares.

& Therapist: Tell me about Uncle Ned.
    River: He just got out of jail.
    Dylan: In Japan, for protesting about whales... like the slaughter of whales.
    River: I thought you said he sold drugs to a policeman?
    Liz: Oh.

& Ned: Here’s the thing, I... I live my life a certain way. And that is that I like to think that if you put your trust out there, I mean, if you really... give people the benefit of the doubt, see their best intentions, they’re gonna want to live up to it. It doesn’t always work out, clearly. But, more often than not, I think that if you do, people will rise to the occasion. I really believe that.

& Ned: I don’t think I can ask her again, Cin.
    Cindy: No, no, no, Ned. We’re not gonna ask, We’re gonna take.
    Ned: We?
    Cindy: Yeah. Who’s the man?
    Ned: You are?
    Cindy: Who’s the man, Ned?
    Ned: Jesus! Me.
    Cindy: Yes, say it. Who’s the man?
    Ned: Who’s the man?
    Cindy: No, say it... “I’m the man.”
    Ned: You’re the man. I’m the man.
    Cindy: You’re the man! You’re the man!
    Ned: That’s right. I’m the man.

---

& Ned: I’m sorry, I can’t... I’m so sorry. I can’t do it. I think your erection in my leg totally threw me. I’m so sorry, I’m really embarrassed.

& Ned: I’m such a jerk.
    Jeremy: You’re really not a jerk.
    Ned: No, maybe I should’ve tried harder or just... You know.
    Jeremy: Ned. Dude, just ’cause you’re straight doesn’t mean you’re homophobic.

& Natalie Rochlin: I’m pregnant.
    Ned: What? Oh, my God, that...! Congratulations, man! That’s so awesome for you guys.
    Natalie: God, what do I fucking do?
    Ned: Well... this sounds weird, but do you think you’re not as much of a lesbian as you thought?

Ol’ Blue — Willy Nelson

& Ned: You’re a good dude. And I just needed this appointment today, I’m having a tough go of it. I swear, I try and do good, but I just screw it up. Man, I screwed it up with my sisters, I’m back living with my mom. On top of it all, I broke down and smoked a joint with the kid that lives across the street.
    Coleman: OK, I didn’t just hear that.
    Ned: I said I broke down and smoked a joint with the kid who lives across...
    Coleman: What are you doing? Hey! Ned, why are you telling me this?
    Ned: I just need to unload, man. That’s part of why I’m here, right?
    Coleman: I’m not your therapist, Ned. You don’t tell your parole officer you got high. Now I have to report you or else I could lose my job.
    Ned: Seriously? Can you forget I said that?
    Coleman: No, Ned, I can’t.
    Ned: Oh, fuck.

& River: I know you’re really mad at my mom and Aunt Natalie and Aunt Miranda. But they all feel really sorry, I swear.
    Ned: River, I want you to go tell your mom and your aunts something for me, OK?
    River: Sure, Uncle Ned. ... Go fuck yourselves.
    Liz: River!
    River: That’s what he said.

& Janet: I am not gonna stand here and be insulted on my own porch.
    Miranda Rochlin: I’ll insult you right here.
    Janet: I’m a pacifist. I don’t play that way.
    Miranda: I’m gonna peace you in the side of the head if you don’t give us the dog.
    Janet: I’m not gonna receive that with anything but love.

Mindy Smith & Daniel Tashian — Taking You With Me

♪ Well you’re hot and your cold ♪
♪ not always easy to hold ♪
♪ and your hard to impress ♪
♪ sounds funny but you might be the best ♪
♪ friend that I have ♪
♪ cause whenever you’re gone and Im left all alone ♪
♪ well the world seems worse ♪
♪ though I didn’t really like you at first ♪
♪ I was wrong about that ♪

& Liz: I feel like I’m gonna cry.
    Ned: You guys are gonna be great. My work here is done.
    Miranda: Who’s gonna watch sci-fi with Jeremy? I can’t always do it.
    Natalie: Who’s gonna babysit my kid for free?
    Liz: Yeah, who?

--
+ quotes on the Imdb.

Alcatraz 1x7

Johnny McKee

& Dr. Beauregard: Say what you want about modern technology... We’re still at the mercy of the gods.

& Hauser: Why is her EEG active?
    Dr. Beauregard: She’s dreaming.
    Hauser: Dreaming...
    Dr. Beauregard: And whatever she’s dreaming about is evidently better than her options here in our so-called reality.

& — What are you, on some kind of Pentagon mainframe?
    Diego: I’m the grand master.

---

& Warden James: Why do we all love a Western? In other company, I’d say it’s the time-honored tradition of watching good triumph over evil. But here... Amongst these decrepit* masses, well, the thought just don’t seem to apply. Heck, you lags don’t know if you’re on horseback or foot, if you’re defecating or going blind. Either way, you’ll be stompin’ and cloppin’, and it won’t for a moment concern you why... Born reckless.

& — Who you think had the stones to kill Cullen?
    Johnny McKee: Could be anyone... Nobody likes a bully.

& Jack Sylvane: What’s gonna happen to us?
    Hauser: Happen?
    Sylvane: I keep hoping this is some... nightmare I’m gonna wake up from.
    Hauser: It’s not. You were in prison then, you’re in prison now. Take away the passing of 50 years, nothing’s changed for you.
    Sylvane: I’ve changed.
    Hauser: How’s that?
    Sylvane: I don’t dream.


decrepit — дряхлый; ветхий; изношенный

On the Imdb.

Mirror Mirror

& The Queen: Snow White... Maybe it’s time I ease up on you. Afterall, you’ve done nothing to me. Cause no problems. And yet ... There’s something about you that so incredibly... irritating. But I don’t know what is. Keep your shoulders up... The hair and voice... I know what it is. I think it’s because of the hair. I hate your hair.

& The Queen: Baron, you’ve been beaten for the last 5 minutes and didn’t even know it. It’s important to know when you’ve been beaten.

& The Queen: Go and collect more taxes.
    Brighton: Your Majesty, I don’t know when you last time you’re in the town, but people are starving.
    The Queen: Don’t they have imagination? Go tell them bread is meat. That less is more. Ordinary people just loves good metaphors. Just go set it!

& The Queen: They’re not wrinkles. They’re just crinkles.

& Snow White: Whatever we steal will be returned to the people.
    Butcher: Minus small commission.
    Napoleon: Butcher!
    Butcher: But she knows nothing about stealing.
    Napoleon: We’ll teach her. We’ll teach her to believe.

• People may think you’re tall, even if you are short.
• Can be strong even if you are not.
• Weakness is only a weakness when you consider just that.
• Never, under any circumstances, give up the high ground.
• Before even draw your sword, you must make an impression on your enemy.
• If you’re seen by the way you look... the battle have won. People would think of you as sweet. They don’t expect you to fight them. Use that for your advantage.
• Concentrate.
• Your weapon isn’t your only friend. The environment can be your ally too.
• Inception on a battlefield isn’t only just an option.
• You’re so cute when you’re mad. But it can make the difference between victory and defeat.

---

& The Queen: Prince Alcott, I have a proposition for you. We’re both single adults, rather the same ages...
    Prince Alcott: I do not think we have the same age.
    The Queen: I said probably. The point is that we’re talking about us.

& The Queen: Must... look... Glorious! After all it is a special occasion.
    Brighton: How special can it be? You’ve been married five times.
    The Queen: Shut up! Happy face!

& Napoleon: ’Dear Butcher, Napoleon, Grub, Half Pine, Wolf, and Chuck Grimm. I’m so sorry to leave. I love you all dearly...’
    Half Pint: All?! Loves everyone?
    Butcher: Read!
    Napoleon: ’I love you all dearly... But I knew that my presence would harm you. I thought I was strong enough to do this, but I’m not. I’m not like my father wanted I was. I’m not a leader. I’ll go somewhere far, where the queen can not find me. I always remember the time we spent together. Love, Snow White. PS: I left a stack of pancakes on the stove.’
    Half Pint: I do not want pancakes, I want Snow White.

& King: For your bravery I will remain eternally grateful. Tell me how could I repay you?
    Butcher: With gold.
    Grub: A feast...
    Half Pint: A girlfriend...

--
+ quotes on the Imdb.

__ It's just boring. Except this one:

А. П. Прохоров — Русская модель управления (5/16)

Ранее

Неправовой характер государства и управления

&  Я, нормальный, цивилизованный по российским понятиям человек, оказываясь за границей, по степени соблюдения правил становлюсь на одну доску с последним тамошним бомжом. Титанических трудов, изнурительного внимания к мелочам требует жизнь на Западе от русского человека. Все время приходится поступать не так, как привычно и как удобно, а как положено, идет ли речь о соблюдении правил уличного движения, ритуалов служебного этикета или же общения в быту. Оказывается, невероятно сложно существовать в правовом государстве, настолько мы, русские, беззаконны.

&  Возможность работы системы управления попеременно в двух режимах, стабильном и нестабильном, изначально противоречит самой идее правового государства и законопослушного населения. Нельзя одни и те же действия оценивать принципиально по-разному в зависимости от того в стабильное или нестабильное время эти действия совершаются. Это противоречит идее закона и правового государства. Поэтому законодательство было вынуждено приспосабливаться к своему подчиненному положению и закрывать глаза на то, что его изначально собираются нарушать. Законодательство существует в виде некоторого придатка, который действует в ограниченный период времени в отношении ограниченного круга вопросов.

&  Не случайно в России система управления всегда стремилась сохранять неподконтрольность государственного аппарата законодательству (и, как правило, преуспевала в этом). Это было оправдано не только с человеческой (для безопасности чиновников), но и с государственной точки зрения – ведь чиновникам в нестабильных условиях неизбежно придется принимать и проводить в жизнь незаконные решения. Так что приписываемая Ивану Грозному инструкция судьям: «Судите праведно, дабы наши виноваты не оказались», исполнена глубокого исторического смысла.

&  Для западных обществ необходимо, чтобы в стране все соблюдали закон, предоставляющий права и возлагающий обязанности и на вышестоящих, и на нижестоящих. На Востоке необходимо, чтоб законодательство, не важно писаное или обычное, жестко обязывало всех подчиненных исполнять все распоряжения начальства. Это тоже своеобразный закон.
    Положение закона в России совершенно иное. Закон есть, он чем-то похож на азиатский, чем-то на европейский, но важно, что он не исполняется всеми – и начальниками, и подчиненными. {...} Такое состояние правовой сферы неизбежно вытекает из дуализма русской модели управления, которая должна быть готова перейти или в стабильное, или в нестабильное состояние. И если в стабильном состоянии надо соблюдать одни правила, а в нестабильном другие, то одни и те же действия в одних случаях поощряемы, а в других наказуемы. В этих условиях о соблюдении какой-то одной системы правил, азиатской или европейской, речи быть не может. Следствием является наплевательское отношение к закону на всех уровнях.

---

&  Если бы российское население было законопослушным, то русская система управления не могла бы функционировать, стал бы невозможен переход из нестабильного состояния в стабильное и обратно, поскольку пришлось бы соблюдать закон, ориентированный на какое-то одно состояние. Стране приходится выбирать – или правовое государство и законопослушное население, или возможность нырять из одного режима управления в другой.

&  Наиболее ярко неправовой характер русского управления проявляется в нестабильной, мобилизационной фазе, воплощаясь в понятии «революционных законов» или «революционной целесообразности», которые подменяют собой нормальное законодательство. В таких ситуациях любые правовые ограничения перестают действовать. Каждое звено управления должно полагаться на интуицию и на то, как с точки зрения заложенных в людей стереотипов человек или организация должны действовать в аварийных условиях. Сознательно провозглашается, что законы ошибочны, а интуиция людей и организаций в данном случае более верна, чем то, что прописано в законах и правилах еще в стабильное, спокойное время.

&  Член коллегии ВЧК, председатель ЧК по борьбе с контрреволюцией на Восточном фронте М. Я. Лацис писал в 1918 году: «Не ищите в деле обвинительных улик о том, восстал ли он против Совета оружием или словом. Первым делом вы должны его спросить, к какому классу он принадлежит, какого он происхождения, каково его образование и какова его профессия. Эти вопросы должны решить судьбу обвиняемого».

&  Общественное мнение и управленческий фольклор противопоставляют плохих людей, стоящих на страже формального соблюдения закона, хорошим людям, которые плюют на букву закона, но интуитивно чувствуют его дух; последние, пусть и нарушая закон, делают то, что надо делать. Как отрицательные военспецы командиры и положительные красные комиссары, как буквоеды-чиновники и нарушающие их покой и сонное течение бумаг какие-нибудь изобретатели-передовики, которые ломают все бюрократические правила, но добиваются своего. Сколько книг написано, спектаклей поставлено, фильмов снято о хороших нарушителях закона и плохих его защитниках. Бешеный успех фильма «Берегись автомобиля» – лучшее доказательство народных корней неправового характера государства и управления.

&  Наивным иезуитам приходилось для оправдания собственных аморальных, с точки зрения традиционных христианских принципов поступков, строить сложные логические конструкции, чтобы оправдать себя высокой целью, во имя которой совершается та или иная подлость. Русские управленцы, которые в душе всегда были большевиками, в этом не нуждались. Они знали, что цель оправдывает средства.

Далее

House M.D. 8x16

Gut Check

& Chase: Fighting’s the best part of hockey. Without it, you’ve got the Ice Capades.
    Taub: Fighting has nothing to do with hockey. It’s like the cheerleaders at a basketball game.
    Chase: Cheerleading’s the best part of basketball. Without it you’ve got... Basketball.

& House: Taub... I’d tell you why I think your theory is not just wrong but ill-conceived, but it’s more fun to prove it by having you check the stool for blood. And while we wait for the stool fairy, I’m a man down, so you want to drop your pants and hit the ice.

& House: The sound of a needy child is stirring your paternal juices.
    Wilson: The sound of a needy child at 112 decibels has stirred my inner murderer.

& Wilson: There are actually things in this world that give life even more meaning than soap operas and monster trucks.

& House: ... You passed out. She called that night, asked me to give you a message. She said she was pregnant... Which, God and Planned Parenthood willing, means you are the father of an 11-year-old.

& Wilson: Who knows what Beth told him about you?..
    House: At worst, you’re a rapist. At best... you’re a rapist.
    Wilson: Maybe she said I was a dead war hero.

& Wilson: You’re assuming he’s going to be a nightmare. What if he’s a good kid?
    House: He’s a kid. Best you can hope for is he’s a nightmare.

& Park: I moved into Chase’s apartment!
    Chase: ?????
    Park: He knows. He was staring at our matching cups! I told you we should split up... We’re not having sex! With each other..
    House: Yet.
    Park: Yes.
    Chase: Yes?!!
    Park: I just mean no one knows the future right now, so we don’t really know...

---

& House: Why? Are you trying to sleep with her? ’Cause the simpler technique is just to ask.
    Chase: I was doing something nice.
    House: Mm, no... Th... mm. No, that doesn’t fit.

& Wilson: You want... peanut butter?
    Duncan: Do you have prosciutto?
    Wilson: You like prosciutto?
    Duncan: I’m weird.
    Wilson: No, no. I... I like it too. I’ve got some in the fridge.
    Duncan: How about goat cheese?
    Wilson: I love goat cheese.

& Wilson: I could give you crap for making me wait 11 years, but instead I’m going to thank you for not making me wait another 11.
    House: Every little girl wants a pony... till they have to clean up after it.

& Duncan: Please don’t send me to the jungle.

& House: Why shouldn’t I take you off all my cases?
    Taub: Because you were right. I hate bullies.
    House: You work for me.
    Taub: You’re not a bully.
    House: Pretty sure I am, dickwad.
    Taub: I’ve known a lot of bullies... people who didn’t like me because I’m short, people who didn’t like me because I’m Jewish...
    House: Yeah, I get it. There’s a long list of reasons not to like you. You relentlessly mock, but it’s not for self-aggrandizement*. It’s because ideas are bigger than feelings. At least that’s what I choose to believe.

& House: You little Hebe. Here’s some ideas for you. You screwed up. You kept on screwing up. Everything you said is true, except... It doesn’t mean you walk away. You just learn to trust nothing. Everything you think you feel, everything you think you know. Question every call, play through every whistle.
    Taub: I just had a light bulb.
    House: Maybe. You can trust light bulbs.

& Duncan: If you’re going to get pissy, remember, it was House’s idea.

& Park: I’m not sleeping with you!
    Chase: That’s a shame.
    Park: This is about Popo.
    Chase: She’s not sleeping with me either, right?
    Park: You were jealous of me. My family.
    Chase: Maybe you’ve got too much, and I’ve got too little.
    Park: I might sleep with you after all.

& House: Pass the bacon.
    Wilson: I thought you liked prosciutto.
    House: Nobody likes prosciutto.

--
aggrandizement — возвеличивание

On the Imdb.

Михаил Иосифович Веллер — Мишахерезада

Трюм

ЛЕНИНИАНА

  “Культ Вождя достиг олигофренических размеров и форм к его 100-летию в тысяча девятьсот семидесятом году. ...

&  Отливка монументов целиком и по частям была поставлена в цехах на поток. Лысого развозили по площадям и закоулкам до самых до окраин. На площади Ашхабада смонтировали циклопическую фигуру, и по торжественном сдергивании савана Ленин оказался обеспечен тремя кепками. Одна была на голове, другая зажата в простертой руке, а третья запасливо торчала из кармана. Ликование толпы было искренним. Скульптора повезли в КГБ для выяснения замысла.
&  Актеры играли Ленина во всех ситуациях — от Смоктуновского до Калягина. Это была обязательная программа фигурного катания. Акт высшего доверия и творческой зрелости. За оправдание доверия давали Ленинскую премию. Белохвостикова сыграла Крупскую и получила разрешение сняться в «Тиле Уленшпигеле».
    Это официально называлось «вносить вклад в сокровищницу Ленинианы». Вносили все и всё.

&  Грандиозность правительственных указаний переходит в абсурд на уровне деяний.

&  Официально скрывалось калмыцкое и шведское происхождение Ленина, а особенно еврейский дедушка Бланк. Засекреченные документы о сифилисе давно уничтожили. Эта тайна была такой страшной, что ее знали все.

&  И однако в душах отношение к Ленину было хорошее. Обрыдли славословия. А сам он был — неотторжимая часть Родины, которую вдохнул с детства. Издевались! Знали!

  ... Но позитивный имидж оставался.”

---

ЛЫСЫЙ КУКУРУЗНИК

  “Хрущевская эпоха началась с того, что первоклассникам не велели в стихах из «Родной речи», как назывался учебник чтения, читать строчки про Сталина. «Спасибо, наш э-э любимый, за речи твои и дела». ...

&  Наши родители впали в легкую растерянность. Репрессированные и гуманитарно грамотные составляли все-таки меньшинство. А большинство были нормальные лояльные граждане с промытыми мозгами и позитивными установками. Извещение о том, что любимый и великий вождь лучшего и первого в мире государства трудящихся, нашей великой и славной Родины, оказался сволочью и преступником, людей шокировало, выражаясь сегодняшним языком. Оно их не шокировало, оно их таки потрясло. Это сокрушало устои мировоззрения. Это был конец света. Если Сталину не верить — кому и чему можно тогда верить вообще???!!!

&  Это была дискомфортная новость. И источник этой новости был источником дискомфортности. Хрущев укрепил свою политическую власть. Провозгласил исторически необходимый новый курс и свалил грехи старого курса на предшественника. Но, запачкав грязью отца любимого и могучего — утерял тем самым психологическую возможность стать любимым и великим самому. Он облил дерьмом самую возможность любви к могучему государю, подорвал веру в возможность такого славного и мудрого государя вообще. Уж если Сталин, великий из великих, оказался негодяй и преступник, — то кому ж под силу стать «лидером нации»? А вы все где были?! Все вы твари продажные. Нет правды на свете.
    Народ впал в политический нигилизм, и уже не выпадал из него вплоть до крушения Советской Власти.

&  Мао Цзе-дун, будучи мудрее Хрущева, недаром вознегодовал по поводунизвержения иконы Сталина. Разрушение культа непогрешимого вождя — это разрушение основы развития коммунистического режима!

&  сочетание внешности колобка, революционной патетики балтийского матроса и биографии сталинского приспешника — обеспечивало ему любви не больше, чем плановый привес обеспечит свинью апельсинами.

&  В 1961 году закончилась колониальная система. В СССР это подавалось как победа свободолюбивых народов, хотя это была победа американской демократической экономической системы и свободной торговли: колонии стали убыточны.

&  ...После него мы прогадили все внешнеполитические достижения. Утеряли первенство в космосе. Узаконили блат — «блат» — как тогда назывались низовые формы коррупции, все делалось по знакомству, по обмену услугами. Перестали верить во что бы то ни было. И добродушная издевка над генсеком сменилась сарказмом.

  ... Это при нем построили Братскую ГЭС. И подняли Целину. И первые студенческие стройотряды поехали летом на дальние стройки страны — не за баблом, а за смыслом жизни, который в служении великой стране. Было такое дело.”

That's What I Am

& Andy Nichol: Why would God do that, Mom? Make someone look like Big G? So that everyone makes fun of him?
    Sherri Nichol: Maybe because God didn’t see anything wrong with him in the first place. And Andy... His name is Stanley.

& Norman: Break his neck! No, no, wait! Let me get some of his friends to watch, then break his neck.

& Andy: Norman’s right. I don’t get it. Why do you let guys like Freel and Ricky always make fun of you all the time?
    Big G: I can’t make them be nice people. And even if I did, there’d be others that take their place.

& Mr. Simon: For anyone interested... this is how I won the car...
    Andy: The newspaper contest to win the new car asked contestants to find a solution to world peace using 25 words or less. Mr. Simon won it with just four.

Human Dignity + Compassion = Peace

& Mr. Simon: I really don’t feel much like teaching today. It’s a rather strange feeling. I suggest if you have a book... now would be a good time to read. And if you don’t, well... Well, you should always have a book with you.

& Jason Freel: I wanna ask a question. I’ll clean your room for a week!
    Carl Freel: What?
    Jason: Could a teacher get fired if he’s a homo?
    Carl: Definitely. Now get out.
    Jason: One more question.
    Carl: One more week, freak.
    Jason: Okay. What exactly is a homo?

---

& Jim Nichol: The whole country is going to hell in a handbasket. Hippies protesting the Vietnam War. And now, what now? Now we got homosexuals teaching our kids. Teachers are role models, Sherri. They look up to him. Have you thought about that?

& Mr. Simon: I am 57 years old, Ev. I have been a teacher most of my life. I will not compromise who or what I am... for the likes of Jason Freel. Or his parents. I’m sorry.

& Principal Kelner: Please, Stephen. Just deny it. For the children’s sake. I don’t care if it’s true or not. Please, just deny it.
    Mr. Simon: It’s for the sake of the children that I won’t deny it. True or not.

& Andy: This whole body odor issue had begun to consume me. It occurred to me if God created man in his own image... did that mean that he too used deodorant? Or did he simply add sweat and body odor to us... so he’d be the only guy without sweat rings... when the world was coming to an end.

& Dan: Where are you going?
    Andy: To meet Mary Clear.
    Dan: Are you insane? Ricky Brown will kill you.
    Andy: I know. But I can’t stop myself.

& Norman: Just... Can you tell me why you think you have to do all this?
    Big G: Because, Norman, I’m a singer. That’s what I am.

& Norman: Let the hanging begin.

& Andy: When you assigned me to work with Stanley, why’d you pick me? You said there was a reason.
    Mr. Simon: Well... I believe that life is about timing, opportunity, and choices. It was an opportunity at the right time... for a wonderful young man like you to make the right choice. And I knew you weren’t ready to do that. But I didn’t want you to miss it.
    Andy: But how did you know it would work? How did you know that I could do it?
    Mr. Simon: I didn’t. But sometimes, you just need someone to tell you that you can.

--
+ quotes on the Imdb.

А. П. Прохоров — Русская модель управления (4/16)

Ранее

Стабильное и нестабильное состояния системы управления

&  В каждый момент времени русская система управления пребывает в одном из двух состояний – или в состоянии стабильном, спокойном, или же переходит в нестабильный, аварийный, кризисный режим работы. В стабильном состоянии управление осуществляется неконкурентными, административно-распределительными средствами. С переходом к нестабильному состоянию стиль действий всех управленческих звеньев коренным образом меняется. Система управления становится агрессивно конкурентной. Но эта конкуренция имеет мало общего с конкуренцией в западном понимании, поэтому она и не кажется таковой.

&  Классическое западное общество основано на конкурентной борьбе независимых хозяйствующих субъектов. В современных условиях, под воздействием государственного и общественного регулирования, западные системы управления занимаются как бы «администрированием конкурентов». {...}
    Русская модель управления в своем нестабильном состоянии занимается вещами прямо противоположными. Она навязывает низовым ячейкам «конкуренцию администраторов». В России внутри каждой кластерной единицы – в цехе, в команде, в фирме, в воинской части отношения преимущественно неконкурентные. А между собой кластеры связываются уже конкурентными отношениями. Это совершенно другой тип деятельности – конкуренция администраторов. Данный вид конкурентной борьбы значительно сильнее, чем западная конкуренция, он ускоряет все процессы, отличается неизмеримо большей жесткостью и за меньший срок достигает большей силы конкурентного воздействия.

&  Если в западной системе управления офицер не достигает требуемого результата, то он проигрывает в конкурентной борьбе с сослуживцами, его не повышают по службе или выгоняют в отставку. В России при нестабильном режиме функционирования системы управления офицера, часть которого не сумела взять высоту или провалила иную операцию, могут просто отдать под трибунал и расстрелять. Такой подход, как принято полагать в России, обеспечивает высокие темпы естественного отбора способных управленцев. При колоссальных человеческих жертвах быстро достигается необходимый результат.

&  Примером того, как достигается результативность в нестабильном режиме работы системы управления, может служить русская армия в конце XVIII – начале XIX веков (вероятно, эта армия была наиболее боеспособной за всю историю России). Почему войска были квалифицированными, дисциплинированными и абсолютно не боялись опасности? Потому что собственный офицер или унтер-офицер был для солдат большей угрозой, чем неприятель. Вероятность погибнуть от палок, от удара прикладом со стороны старшего и подобных причин была большей, чем угроза гибели в сражении. ... Бояться надо было не врага в бою, бояться надо было своего начальства, всей системы армейской надо было бояться. Элементарно невыгодно было быть плохим солдатом, дисциплинированный и смелый солдат имел больше шансов выжить.

&  По тому же принципу существовали с петровских времен вплоть до Великой Отечественной войны заградительные отряды. Солдат должен был знать, что, если он пойдет в атаку, у него есть шанс выжить, а если будет отступать – нет. Аналогичным образом в условиях плановой экономики угроза санкций со стороны вышестоящих организаций должна быть для менеджера более реальной и суровой, чем угроза потери доли рынка и снижения прибыли в условиях рыночной экономики. Тогда плановая экономика относительно результативна. То есть директор советского завода (начальник цеха, мастер, рабочий) должен иметь веские причины беспокоиться о производстве в большей степени, чем его западные коллеги. При нестабильном состоянии системы управления так оно и было, и тогда плановая экономика была результативной (за счет хищнического использования ресурсов).

&  В условиях нестабильного режима функционирования системы управления каждый руководитель низового звена – бригадир, лейтенант, цеховой мастер, капитан судна, режиссер – совершенно иначе организует работу своих подчиненных, иначе дает задания, иначе спрашивает, потому что знает, что он сам погружен в конкурентные отношения и в случае провала его как минимум выгонят с работы, а могут и посадить.

---

&  Вообще-то, в науке сам за себя должен говорить результат – открытия и публикации, в литературе – тиражи журналов, в искусстве – аншлаги и очереди в кассы. Но наши литераторы, художники, артисты, ученые почему-то не ждут, когда публика придет к ним и признает их успех. Они сбиваются в стаи кластеры и с первых шагов доказывают, что их учение, их направление, их школа являются единственно верными и правильными, и большую часть сил тратят не на то, чтобы творить самим и утверждать свое научное или художественное направление, а на то, чтоб задавить конкурирующие школы, расходуя время и силы на публицистическую, административную и политическую борьбу с ними.

&  А уж какие формы приобретала борьба в России научных школ, когда одно направление полностью истребляло другое (при Сталине – физически). Какую пустыню Лысенко оставил после себя в биологии! Да почти в любой науке после жестокой взаимной войны была объявлена единственно верной какая-то одна школа, остальные преследовались.

&  Создав монопольные творческие союзы (Союз писателей, Союз композиторов, Союз кинематографистов и т. п.), советская власть окончательно институционализировала волчьи нравы российской творческой интеллигенции. Отныне, чтобы получить доступ к публике, надо было или втереться в господствующую в данный момент школу, или, объединившись в кластер с другими обиженными, сковырнуть с руководящих постов зажравшихся мэтров и самим захватить доступ к тиражам, выставкам, ролям и ставкам. В таких условиях у классической творческой богемы шансы на выживание были не больше, чем у вольной Новгородской республики в структуре Московского государства.

&  Художники, актеры, литераторы, поэты и ученые, как и все русские, знают, что период нестабильного состояния системы управления недолог и за короткое время надо успеть утвердить себя. Им некогда дожидаться, пока их научные концепции, их стиль в поэзии и живописи завоюют рынок, а конкуренты вынужденно окажутся на мели. Нет, они с самого начала должны добиваться перераспределения в свою пользу всех ресурсов.

&  В системах управления западных стран перераспределение ресурсов в пользу победителя является результатом конкурентной борьбы, ее итогом. В России же период нестабильного состояния системы управления – период «конкуренции администраторов» – заключается в том, что перераспределение ресурсов разворачивается с самого начала, еще до того, как конкуренты получили конечный результат своей деятельности.

&  Русская модель конкуренции – конкуренция администраторов – не требует долгого периода ожидания результатов конкурентной борьбы. Нет необходимости ждать, у какой фирмы будет выше долгосрочная рентабельность, чья продукция захватит большую долю рынка, чьи книги разойдутся большим тиражом, на чьи диссертации будут чаще ссылаться коллеги. Победители будут определены уже на ранних стадиях конкурентной борьбы, и это будут те, кто показал очевидные преимущества с первого шага. А все остальные будут заранее объявлены проигравшими.

&  Если в условиях нестабильной фазы русской системы управления достигается большее воздействие конкуренции, чем в стабильной западной конкурентной среде, то почему же Россия не переводит свою систему управления в постоянный режим «конкуренции администраторов»? Почему система управления в России не всегда функционирует так, как она работала при Петре I или Сталине?
    Потому что, находясь в нестабильном режиме, русская система управления разрушает сама себя. Она имеет встроенные ограничения, препятствующие чрезмерной продолжительности нестабильной фазы. Хозяйствующие звенья, а также все население страны, защищаются от повышенной жесткости системы. Постепенно они вырабатывают механизм, обеспечивающий относительную безопасность каждого звена, каждого руководителя и подчиненного за счет снижения результативности самой системы управления. Она на глазах становится мягче, беззубее, постепенно теряет действенность. {...} Как будто именно о нестабильных фазах системы управления говорил Лао-Цзы: «Когда правительство деятельно, народ становится несчастным. Лучший правитель тот, о котором народ знает лишь, что он существует». Каждый из периодов господства «конкуренции администраторов» характеризуется резким падением уровня жизни и прочими бедствиями.

&  Чем различаются два режима системы управления? В стабильном, застойном состоянии системы те действия, которые совершает каждое управленческое звено и каждый человек, ведут к консервации существующего положения дел. Сколько бы ни пытались подстегивать систему управления, пребывающую в стабильном состоянии, вся энергия и ресурсы, направленные на улучшение работы, будут трансформированы людьми в действия, направленные на предотвращение каких-либо реальных изменений, на должностные и материальные интересы начальников и подчиненных в ущерб целям всей системы.
    Когда же система переходит в нестабильный, аварийный режим работы, то, наоборот, для того, чтоб преследовать свои интересы, все звенья системы управления вынуждены работать результативно. И при стабильном, и при нестабильном режимах функционирования системы управления мотивы поведения людей одинаковы. И в том и в другом случае они преследуют свои интересы – выжить, преуспеть, разбогатеть. Но действия, направленные на достижение этих целей, совершенно различны. В стабильном, застойном состоянии системы они нацелены на сохранение существующего положения дел, в нестабильном, мобилизационном состоянии – на изменение ситуации для достижения результата, соответствующего целям всей системы управления.

&  Вышестоящие органы управления не могут обязать подчиненных добросовестно и с энтузиазмом трудиться, воевать или изобретать (точнее говоря, формально могут обязать, но без надежды на успех). Зато начальство может создать столь неблагоприятные условия существования для подчиненных, что низовые подразделения сами будут вынуждены перестраивать свою деятельность для достижения результата, заставляя людей менять стереотипы поведения и улучшая трудовую мораль.

&  У тех, кто тащил Россию в Азию, все получалось, а у тех, кто тащил в Европу, все постоянно срывалось. Почему? Потому что действия тех, кто использовал аварийные, мобилизационные методы, соответствовали русской системе управления. Эти руководители искусственно создавали нестабильную ситуацию, после чего система управления «признавала» их и работала в заданном ими направлении. Они были органичны нашей национальной системе управления.
    Поэтому созданные в мобилизационном, нестабильном режиме управленческие структуры и механизмы отличались завидным долголетием.

Далее

The Big Bang Theory 5x21

The Hawking Excitation

& Howard: So, I got the craziest e-mail this morning.
    Raj: I don’t mean to burst your bubble, dude, but those penile enlargement pills do not work.
    Howard: ... Believe me, I know.

& Sheldon: Leonard, do you recall when I said that I was going to revolutionize of the Higgs boson particle, and you said, “Sheldon, it’s 2:00 a.m., get out of my bedroom”?
    Leonard: Like it was ten hours ago...

& Sheldon: Please, please, please let me meet Hawking.
    Howard: I told you, no.
    Sheldon: But I said I’m sorry!
    Howard: No, you said, “Would it help if I said I’m sorry?”
    Sheldon: And you never answered me. So who owes whom an apology now?

& Howard: Sheldon, you’re a condescending jerk. Why on earth would I want to do something nice for you?
    Sheldon: Um... to go to Jewish heaven?
    Howard: Jews don’t have heaven.
    Sheldon: Then to avoid Jewish hell?
    Howard: Have you met my mother? I live in Jewish hell.

& Sheldon: Howard, please. ... Try to put yourself in my place. Imagine you’re the sole human being living on a planet populated with nothing but dogs. And then it turns out there’s another human being.
    Howard: ... Hang on. Are you saying the rest of us are dogs?

& Sheldon: Howard, please, I’m begging you.
    Leonard: Raj, you’re our group historian. Has Sheldon ever begged before?
    Raj: Three times. He begged the Fox network not to cancel Firefly... He begged the TNT network to cancel Babylon 5... And... when he got food poisoning at the Rose Bowl Parade, he begged a deity he doesn’t believe in to end his life quickly.

& Sheldon: Do you understand how important Hawking is to me? When I was six years old, I dressed up as him for Halloween.

& Howard: You don’t seem to be understanding the English word “no.” Maybe a different language will help. nyet. bu. iie. qo’. Binary coded Ascii: 0110111001101111.
    Sheldon: It’s actually 01100111.
    Howard: No!!!
    Sheldon: I’m not asking for me, I’m asking for Hawking.
    Howard: Hells naw.

& Raj: Bring him to his bony knees.

& Howard: I’ll give your paper to Professor Hawking.
    Sheldon: Great, thank you! Oh, that’s terrific!
    Howard: But in exchange, I’d like you to do a few things for me.
    Sheldon: What kinds of things?
    Howard: Are you familiar with the 12 labors of Hercules?
    Sheldon: Of course.
    Howard: You should be so lucky...

---

& Penny: Why are you washing Howard’s man panties?
    Sheldon: Because if I don’t, he won’t give my paper to Stephen Hawking. He’s a famous physicist.
    Penny: Yeah, yeah, I know, he’s the wheelchair dude who invented time.

& Penny: I don’t understand, why doesn’t Howard just introduce you to the guy?
    Sheldon: Because he’s punishing me for being a “condescending jerk.” You don’t think I’m condescending, do you?
    Penny: Well, kind of...
    Sheldon: Oh, I’m sorry, condescending means...
    Penny: I know what it means! And yes, you love correcting people and putting them down.
    Sheldon: Au contraire. When I correct people I am raising them up. You should know, I do it for you more than anyone.

& Howard: What’s the matter?
    Bernadette: Every time I spend the night, your mom slaps me on the behind and says, “Go get ’em.”

& Bernadette: Why are you doing that? You’re being mean to him.
    Howard: He’s mean to me all the time. You’ve heard him tease me about not having a doctorate.
    Bernadette: If you don’t want to get teased about that, get a doctorate. I have one; they’re great.

& Mrs. Wolowitz: Sheldon! I need your help!
    Sheldon: What is it now, Mrs. Wolowitz?
    Mrs. Wolowitz: It’s this dress! When I put my front in, my back pops out! When I put my back in, my front pops out! It’s like trying to keep two dogs in a bathtub!
    Sheldon: What do you want me to do?
    Mrs. Wolowitz: We’re gonna have to work as a team! Get in here, grab a handful, and start stuffing!

& Sheldon: I’m not sure how to do this.
    Mrs. Wolowitz: It’s easy, just pretend you’re putting away a sleeping bag.
    Sheldon: Sleeping bags don’t usually sweat this much, but okay.

& Mrs. Wolowitz: You should have seen me when I was young, Sheldon. The fellas used to line up and bring me boxes of candy. Why did I eat it all?!

& Mrs. Wolowitz: Would you hold me?
    Sheldon: Oh... no, you know, I’m not really the holding kind of... Oh!

& Sheldon: Oh, for heaven’s sake. I did your laundry, I pee-pee-proofed your belt buckles, I, I even sprained my wrist helping your mother lift her bosom.

& Howard: I want you to tell me I’m good at what I do.
    Sheldon: You’re obviously good at what you do.
    Howard: Well, then why are you always ripping on me?
    Sheldon: Oh, I understand the confusion. I have never said that you are not good at what you do. It’s just that what you do is not worth doing.
    Howard: ..........
    Leonard: It’s nicer than anything he’s ever said to me. I’d take it and run.

--
On the Imdb.

__ 1 of the best episodes.

The Adventures of Tintin

& — If you want to buy it, you’ll have to talk to the kid.
    Sakharine: I see. Well, let the “kid” name his price.
    — “Name his price”?! Ten years I’ve been flogging bric-a-brac and I miss “name your price” by one bleedin’ minute!

& Tintin: Interpol doesn’t have any other leads?
    Thomson: Steady on, Tintin. We’re still filling out the paperwork. Police work’s not all glamour and guns. There’s an awful lot of filing.

& Thomson: Go on, Tintin, take my wallet... Yes, industrial strength elastic.
    Thompson: Very resourceful.
    Thomson: On the contrary. It was childishly simple.
    Thompson: Simply childish, I agree.

& Captain Haddock: He’s turned the whole crew against me!
    Tintin: Who?
    Haddock: A sour-faced man with a sugary name.
    Tintin: Sakharine!

& Haddock: The secret of that ship is known only to my family! It’s been passed down from generation to generation. My granddaddy himself, with his dying breath, told me the tale.
    Tintin: And?..
    Haddock: Gone.
    Tintin: What do you mean, gone?
    Haddock: I was so upset when he kicked the bucket, I had no choice but to drown my sorrows. When I woke up in the morning, it was gone! I’d forgotten it all.
    Tintin: Everything?
    Haddock: Every last word.

& Haddock: You’re a brave lad, Tintin. My heart was in my mouth, I don’t mind telling you. Well, that is, if it was my heart. Judging by my stomach, it could’ve been anything, really.

& Haddock: I don’t remember anything about anything.
    Tintin: But you must know about your ancestors, Sir Francis. It’s your family legacy!
    Haddock: My memory is not what it used to be.
    Tintin: Well, what did it used to be?
    Haddock: I’ve forgotten.

---

& Silk: What do you mean, “pickpocket”?
    Thomson: A master criminal.
    Thompson: A bag-snatching, purse-pilfering, wallet-lifting sneak thief!
    Silk: I’m not a bad person. I’m a kleptomaniac.
    Thomson: A what?
    Thompson: It’s a fear of open spaces.
    Thomson: Poor man. No wonder he keeps his wallets in the living room.

& Haddock: You do know what you’re doing, eh, Tintin?
    Tintin: More or less.
    Haddock: Well, which is it? More or less?
    Tintin: Relax. I interviewed a pilot once.

& Tintin: Captain, calm down. There are worse things than sobering up.

& Tintin: Bad news, Captain. We’ve only got one bullet.
    Haddock: And what’s the good news?
    Tintin: We’ve got one bullet.

& Tintin: We’ll never see him again. It’s over.
    Haddock: I thought you were an optimist.
    Tintin: Well, you were wrong, weren’t you? I’m a realist.
    Haddock: That’s just another name for a quitter.
    Tintin: You can call me what you like. Don’t you get it? We failed.
    Haddock: “Failed.” There are plenty of others willing to call you a failure. A fool. A loser. A hopeless souse!
    Tintin: Don’t you ever say it of yourself.
    Haddock: You send out the wrong signal. That is what people pick up. Do you understand? You care about something, you fight for it. You hit a wall, you push through it. There’s something you need to know about failure, Tintin. You can never let it defeat you.

--
+ quotes on the Imdb.

__ Impressive animation.

А. П. Прохоров — Русская модель управления (3/16)

Ранее

Кластерные структуры и круговая порука

&  Государство занято главным образом тем, что мобилизует и перераспределяет ресурсы между первичными социальными, военными и производственными ячейками, так называемыми кластерами. А внутри этих ячеек сохраняется та же автономность, как и во времена полюдья. Низовые ячейки, используя свой собственный механизм регулирования, должны выполнить задачу, поставленную «сверху». Причем способы выполнения этой задачи могут в корне противоречить всей идеологии государства, которая пропагандировалась в спокойный и стабильный предшествующий период.

&  Фактически русская система управления так же, как и системы управления европейских стран, базируется на делегировании полномочий. Но в России это делегирование не охватывает все звенья управленческой цепи сверху донизу, а распространяется лишь на низовой уровень, на уровень кластерной единицы. Когда директор завода орет на начальника цеха: «Мне наплевать на то, каким образом ты сделаешь план! Работай хошь днем, хошь ночью, шабашников нанимай – твое дело. Но чтоб к концу месяца план был!» – это самое настоящее делегирование полномочий. {...}
    В подобных случаях инициатива поощряема, а не наказуема, особенно если ситуация становится аварийной. Как в шарашках у Берии ученые работали в жесточайшем режиме, фактически на грани выживания, но работали самостоятельно. Хочешь выжить – к такому-то сроку реши определенную научную проблему, причем реши на мировом уровне. Не решишь – сдохнешь на рудниках. А уж как организовать работу внутри научного коллектива – это пусть сами ученые-заключенные разбираются.

---

&  В советские годы на предприятия были возложены заботы о прокормлении рабочих и служащих. {...} Автономность кластеров обеспечивает выживание населения в кризисные, нестабильные периоды, когда аппарат управления занят лишь мобилизацией и перераспределением ресурсов.

&  Подход, предполагающий невмешательство во внутренние дела кластерных единиц, во многом обеспечил рост территории российского государства. В Западной Европе для того, чтобы аннексировать чужую территорию, надо в значительной степени истребить местную знать и лишить доходов большую часть населения. Поэтому территориальные захваты на Западе встречали, как правило, большое сопротивление.
    В России ситуация иная. Если Московское царство забирает какую-то территорию, то местная знать автоматически интегрируется в состав московской знати; все эти мурзы, шляхтичи и беки получают дворянство. Упрощенно говоря, за ними сохраняется социальная функция руководства местным населением. Их задача – выполнять, в рамках круговой поруки, обязательства перед российским государством, а внутри своих национальных общин – живите, как жили раньше.

&  Как жили себе по адату, обычному праву, Средняя Азия, Кавказ и Закавказье до царей, так они жили и при царях, и при советской власти. Главное, что от них требовали, – выполняйте производственные планы, соблюдайте социалистические ритуалы, носите партбилеты, платите членские взносы, ходите на демонстрации, а уж какие вы там мусульманские обряды неофициально соблюдаете, платите ли калым – эти «пережитки» Москва старалась не замечать. Сверху вниз вплоть до уровня кластерных единиц – полная централизация. Зато внутри кластера – полная автономия. Потому и легко было прирастать империи, потому и переходили под руку Москвы без лишнего сопротивления обширные территории и целые государства. Ведь принципиально для них мало что менялось. Надо было лишь в качестве готовой ячейки встроиться в уже существовавшую структуру, состоящую из разнообразных ячеек.

&  Нельзя однозначно сказать, что централизация управления подавила инициативу и самостоятельность русского народа. То, какие формы принимала централизация в России, способствовало сохранению стереотипов самостоятельного, автономного поведения людей. Просто на разных фазах управления эта автономность проявляется по разному.
    На фазе стабильной, застойной, самостоятельность проявляется в том, как люди уклоняются от выполнения законов, приказов и распоряжений, как они избегают наказаний и строят свою независимую жизнь под гнетом государства и системы управления. В этом их автономия, их творчество и инициатива. А в нестабильной, аварийной, фазе, самостоятельность проявляется в том, как инициативно и нешаблонно низовые кластерные единицы решают те проблемы, которые ставит перед ними нелегкое кризисное время.

Далее

Mad Men 5x4

Mystery Date

& Roger: What are you doing tonight?
    Peggy: I don’t know. What did you have in mind?
    Roger: Are you drunk? Get your feet off that desk!

& Peggy: So what do you want? How about something like “Mohawk, breaking the strike one flight at a time”? Or maybe “Fly over the picket line with Mohawk”?
    Roger: Hey, Trotsky, you’re in advertising.

& Peggy: You don’t want to use the word emergency with an airplane.
    Roger: I don’t want to do any of this. I’ll see you Monday.
    Peggy: Hold on a second. You want me to work up an entire corporate image campaign for $10?
    Roger: I can make you do it for nothing. I’m the boss.
    Peggy: You’re right: the work is $10, the lie is extra.
    Roger: Incredible. What do you make a week, sweetheart?
    Peggy: Mm, you don’t know, uh? That’s helpful.
    Roger: You know, I could fire you. ... Why are you doing this to me?
    Peggy: Because you’re being very demanding for someone who has no other choice.

& Roger: How much you want?
    Peggy: How much you got?
    Roger: ... $400.
    Peggy: Give me all of it.
    Roger: Jesus! It better be good.
    Peggy: You want me to take your watch?

---

& Sally: I know you don’t think so, but I’m a good person.
    Pauline: Sally, I just think someone in your world needs to discipline you so you can start acting like an adult. My fath... My father. I remember one time he was sleeping on the couch in the living room and I walked by. And all of a sudden, out of nowhere, he kicked me so hard that I actually flew across the room and hit a piece of furniture. And then he looked at me and he said, “That’s for nothing, so look out.”
    Sally: That’s not very nice.
    Pauline: No, but it was valuable advice.

& Peggy: Do you think I act like a man?
    Dawn: I guess you have to a little.
    Peggy: I try, but... I don’t know if I have it in me. I don’t know if I want to.

& Sally: How am I going to sleep?
    Pauline: Get the water.
    Sally: What’s that?
    Pauline: It’s Seconal. Do you know how to take a pill?

& Andrea: I’ll see you later.
    Don: No, you won’t.
    Andrea: Don’t argue with me. ... Hotel next time?
    Don: No next time. That was a mistake.
    Andrea: A mistake you love making.
    Don: I’d better not see you again.
    Andrea: You’re not going to ruin this. You loved it. And you’ll love it again because you are a sick, sick...

& Greg: I’m very important there! I have 20 docs and medics who rely on me. They look to me for my skill and leadership.
    Joan: I’m glad the army makes you feel like a man, because I’m sick of trying to do it.
    Greg: The army makes me feel like a good man!
    Joan: You’re not a good man. You never were, even before we were married, and you know what I’m talking about.

& Greg: If I walk out that door, that’s it.
    Joan: That’s it. ... It’s over.

--
On the Imdb

Game of Thrones 2x2

The Night Lands

& Yoren: It’s a funny thing. People worry so much about their throats, they forget about what’s down low.

& Tyrion: It seems they’ve stopped killing each other and started following this King-Beyond-the-Wall.
    Cersei: Another king? How many is that now? Five? I’ve lost count.

& Tyrion: According to the Commander, one of these dead men attacked him in his chambers. Mormont doesn’t lie.
    Lord Janos: How do you kill a dead man?
    Tyrion: Apparently you burn him.

& — The gods wanted us to have dignity, wouldn’t make us fart when we died.

& Sam: Seems a bit greedy for one man to have so many wives. Wouldn’t two or three be enough for him?

& Sam: Would you look at that. Nothing like the sight of a woman walking away.
    — I prefer watching them come towards me.
    Sam: I’m sure that’s nice too.

& Tyrion: Tell me. When your men slaughtered Ned Stark’s men in the throne room, did you give the order?
    Lord Janos: I did. And I would again. The man was a traitor. He tried to buy my loyalty.
    Tyrion: The fool. He had no idea you were already bought.

---

& Lord Janos: Are you drunk? I’ll not have my honor questioned by an Imp.
    Tyrion: I’m not questioning your honor, Lord Janos. I’m denying its existence.
    Lord Janos: You think I’ll stand here and take this from you, dwarf.
    Tyrion: Dwarf? You should have stopped at imp.

& Tyrion: I hope you enjoy the Wall. I found it surprisingly beautiful, in a brutal, horribly uncomfortable sort of way.

& Tyrion: His name is Bronn and he is the new commander of the City Watch.

& Tyrion: If I told you to murder, an infant girl say, still at her mother’s breast, would you do it without question?
    Bronn: Without question?.. No. I’d ask how much.

& Arya: You’re a liar.
    Gendry: You shouldn’t insult people that are bigger than you.
    Arya: Then I wouldn’t get to insult anyone.

& Arya: You’ve asked questions before?
    Gendry: How can someone so small be such a huge pain in my ass?

& Gendry: What about you, anyway? I thought they were after you?
    Arya: Why?
    Gendry: Did you kill someone? Or is it just because you’re a girl?

& Arya: Night’s Watch doesn’t take girls. Everyone knows that.
    Gendry: That’s true. You’re still a girl.
    Arya: I am not!
    Gendry: Well, pull your cock out and take a piss then.
    Arya: I don’t need to take a piss.

& Arya: My name’s not Arry. It’s Arya. Of House Stark.

& Balon Greyjoy: That bauble around your neck... Did you pay the iron price for it or the gold? ... I asked a question. Did you pull it from the neck of a corpse you made or did you buy it to match your fine clothes? Iron or gold?

& Theon: I will lead the attack myself.
    Balon: Oh, you will?
    Theon: I’m your son. Your only living heir! Who else?.. I told you to wait outside! How did you get past the guards?
    Yara: Anything with a cock is easy to fool.

& Balon: No man gives me a crown. I pay the iron price. I will take my crown. That is who I am. That is who we have always been.

& Salladhor: I’ll sail with your fleet, all 30 of my ships, and if we don’t drown at the bottom of Blackwater Bay, I will fuck this blonde queen and I will fuck her well.
    Matthos Seaworth: This war isn’t about you! We’re not attacking King’s Landing so that you can rape the queen.
    Salladhor: I’m not going to rape her, I’m going to fuck her.
    Matthos: As if she would just let you.
    Salladhor: You don’t know how persuasive I am. I never tried to fuck you.

& Matthos: Stannis is the rightful king. And the Lord of Light. The one true god.
    Salladhor: I’ve been all over the world, my boy, and everywhere I go, people tell me about the true god. They all think they found the right one. The one true god is what’s between a woman’s legs, and better yet a queen’s legs.

& Salladhor: You believe your king can win?
    Davos: He is the one true king.
    Salladhor: You Westerosers are funny people. A man chops off your fingers and you fall in love with him.

& Cersei: I am Queen Regent!
    Tyrion: Listen to me, Queen Regent, you’re losing the people. Do you hear me?
    Cersei: The people? You think I care?
    Tyrion: You might find it difficult to rule over millions who want you dead.

--
On the Imdb.