Финн — Дневник Анны

<< Анна и Черный Pыцарь (Трилогия Анны — 2)

Трилогия Анны — 3

  “Хотя Анна ходила в церковь и воскресную школу, единственной эмоцией, которую она оттуда выносила, было глубокое раздражение. ...

&  Очень часто на бумажках оказывались слова, использовать которые пристало только взрослым. Такие «взрослые» слова в устах шестилетнего ребенка временами ставили нас всех в тупик, но Анна вывела коренной принцип их использования, с которым было не поспорить: «Если слово говорит правильную вещь правильным образом, его надо использовать; если нет – выкидывать на фиг».

&  Мраморный пол в черную и белую шашечку интересовал ее гораздо больше, чем проповеди священника. Как она однажды объяснила мне про этот пол, «у меня от него везде щекотно», а все, от чего у вас везде щекотно, ближе всего к богу.

---

&  Больше всего Анну раздражало в церкви то, что там собиралась куча людей, ждущих чуда. Для Анны чудом было все, что ее окружало, а самым большим чудом – то, что она посреди всего этого жила.

&  Любофь это очен смишная вещ патамушто ее нельзя увидеть и нельзя услышать и нельзя потрогать когда она у тебя ест. Тогда как ты знаеш што она у тебя ест? Вот я тибе и скажу. Кагда Нилс гаварит мне придстафь што у тибя читыре канфеты в адной руке и шест в другой то сколко у тибя будет фсиво? И я ему гаварю што у миня нет ни адной патамушто их у миня нет и если я скажу што у миня чевото ест то это будет неправда а это плохо. Кагда ктото гаварит я тибя лублу Анна откуда мне знат што это правда?

  ... И я пабижала в комнату к Маме и прыгнула в кравать к Маме и очен много ее пацыловала патаму што у миня внутри было много любви и Мама абняла миня очен крепко и я была очень щаслива и Мама сказала Анна севодня будет атличный день и я сказала Да Мама! и засмиялась патаму што это было савсем ни так.”

Финн — Анна и Черный Pыцарь (6/6)

<< Ранее

&  – Взросление. Взросление – что это, к дьяволу, такое?
     – И не спрашивайте. Если даже вы этого не знаете, то ума не приложу, кто мог бы знать.
     – Тише, тише, мой молодой Финн. Не сыпьте мне соль на раны. Тут, скорее всего, дело в том, чтобы научиться понимать. Если нет, то в чем же еще?
     – Возможно, вы и правы, но ведь так получается далеко не всегда, не правда ли?
     – Согласие подчиниться идеям других людей – вот что это такое. Подчинение!

&  Конформизм, соответствие чужим идеям – слишком большая цена за удовольствия жизни.

&  – Я слушаю и слышу, что она говорит. Быть может, я слышу слишком хорошо и всякий раз дорабатываю и исправляю то, что слышу, но часто – о, даже слишком часто – я просто не слушаю ее. Быть может, в этом-то и состоит проблема взросления – слышать, но не слушать. Проклятые дети, – ухмыльнулся он, – они слушают, но очень редко слышат.

---

&  – В книгах можно найти все, что вам надо знать, но где же, скажите мне на милость, где нам отыскать то, что мы хотим знать?

&  – Она, кажется, способна вывернуться из любой самой сложной ситуации.
     – Ох, – резюмировал я, – иногда она просто отдает тебе ход. Если хочешь играть, приходится быть к этому готовым.

  ... Этим мне и пришлось удовольствоваться.”

>> Дневник Анны (Трилогия Анны — 3)

Финн — Анна и Черный Pыцарь (5/6)

<< Ранее

&  – Внутри любого порядка есть беспорядок, – говаривала Ма. – А внутри беспорядка – порядок. И каковы бы они ни были, оба они – твои, и ничьи больше!

&  Насколько было известно Анне, мистер Бог был решительно приятным типом. Если придерживаться этого мнения, все начинает казаться совсем другим.

---

&  С точки зрения Ма, причиной тому, что этот старый добрый мир так запутался, было отнюдь не то, что люди верили или, наоборот, не верили в бога. На самом деле вся штука была в том, что все хотели сделать больше, чем бог. Она формулировала это так: «Вам кто-нибудь когда-нибудь говорил, что вы обязаны сделать больше, чем бог, да или нет?» ...у нее всегда находилось время для себя самой, время, когда она просто жила – со всеми сопутствующими тому, чтобы просто жить, сумасшедшинками. Она умела выключаться. Анна тоже в совершенстве владела этим искусством. Она, кажется, умела выключаться от природы, а для меня оно всегда было тяжкой работой, и, чтобы научиться этому, мне пришлось потратить массу времени и сил.

&  Как говаривала Ма: «Как можно было бы читать книгу, если бы между словами не было промежутков? И представь себе, на что была бы похожа музыка, если бы не паузы!»

Окончание >>

Финн — Анна и Черный Pыцарь (4/6)

<< Ранее

&  Ма всегда полагала, что большинство людей продолжают болтать, когда сказать им на самом деле уже нечего.

&  – Потерянные дни, а то как же, – сказала мама. – Думаю, в этом мире нет ничего действительно ценного, что не могло бы подождать.

&  В голову можно с легкостью запихать все, что угодно; подлинная проблема была в том, как достать его обратно.

&  Как часто говаривала нам Ма: «Если ты ни разу не остановился в течение дня, то точно не сделал ничего стоящего».

---

&  Знаете, она не ищет иголки в стогу сена. Что она на самом деле ищет, так это стог сена в иголке.

&  Чего еще ожидать от мамы, которая еще юной девушкой выработала девиз, звучавший примерно так: «Когда чего-то слишком много, оно убивает всякую радость от обладания достаточным» – или, если попроще: «Слишком много хорошо – тоже плохо». Он висел у нее над кроватью.

&  – Финн, чтобы молчать, нужно знать гораздо больше, чем чтобы говорить.

Далее >>

Финн — Анна и Черный Pыцарь (3/6)

<< Ранее

&  Проблема с воспоминаниями не в том, что они могут лгать. Проблема в том, что их слишком много. Чтобы записать все то, что случилось со мной за последние ...дцать лет, понадобилось бы в десять раз больше времени, чем ушло на сами события.

&  «Мозги – это орган познания, а разум – сад мудрости». Эти слова до сих пор звучат для меня свежо и ново, хотя мой собственный сад мудрости то и дело грозят завоевать сорняки, от которых потом приходится долго и мучительно избавляться.

&  Прикладная математика – это когда вы ищете решение задачи, а чистая... о, чистая – это когда вы ищете задачу для решения.

&  Я как раз говорил ей, что мне трудно понять, что такое любовь.
     – Спроси лучше Анну, – сказала она. – Наверное, тут дело в том, чтобы видеть в других тайну себя.

---

&  – Не существует простого и безопасного способа взрослеть.

&  – Ты никогда не замечаешь того, что видишь чаще всего... Вот это и называется «откровение».
     Выдав мне эту жемчужину мысли, она взяла лист бумаги и крупно написала два слова – «смотреть» и «видеть».
     – У слова «look» оба глаза широко распахнуты, а у слова «see» – оба полузакрыты.

&  – Наука – это здорово, но она еще не все... Что такое твоя наука? Просто умение открыть стоящие за фактами правила. Твоему мистеру Джону никогда и в голову не придет, что в мире есть что-то еще.
     – А разве в мире есть что-то еще?
     – За правилами всегда стоят факты, и это называется религия.
     Я чуть было не сказал, что это две стороны одной медали, но быстро захлопнул рот. Еще немного, и я бы неизбежно запутался. В этом главная сложность, когда разговариваешь с людьми убежденными.

Далее >>

Финн — Анна и Черный Pыцарь (2/6)

<< Начало

&  – Религия не что иное, как чертов оплот хаоса. Неужели ты еще не понял, что люди всегда защищают собственные заблуждения с куда большей яростью, чем здоровые и правильные представления? Я совершенно не в состоянии понять, как кто-то может верить в то, что нельзя доказать.
     – А как же любовь, Джон?
     – А что любовь?
     – А что любовь! Вы же не сможете доказать, что любовь существует!
     – Так и что же в самом деле любовь? Что, позвольте вас спросить, хорошего она сделала людям?

&  ...теперь у нас было целых три варианта:
          Quod Erat Demonstrandum,
          Quod Erat Faciendum и
          Quod Erat Inveniendum.
     Q. E. D., «что и требовалось доказать», к величайшему удовольствию Джона;
     Q. E. F., «что и требовалось сделать», чем мне приходилось заниматься всю жизнь;
     и Q. Е. I., «что и требовалось отыскать», то бишь главная радость Анны.

---

&  Я никогда не мог понять, почему так получается, что сначала ты годами учишь детей быть правдивыми и честными, а потом приходит время, когда ты только и мечтаешь, чтобы они забыли, чему ты тогда их учил.

&  Порядок, царивший в доме и саду Джона, был отражением того, что творилось у него в голове.

&  Если все в конце концов сводилось к нескольким физическим законам, то было бы действительно неплохо узнать, с чего это вдруг маленькому кусочку вселенной хочется узнать и понять все остальное.

&  ...мне все равно хотелось узнать, почему малое так стремится понять большое. Зачем ромашке понимать звезду? Насколько я мог судить, этим желанием была одержима некая маленькая частица, прячущаяся внутри нас, как там ее зовут – душа или разум?

Далее >>

Финн — Анна и Черный Pыцарь

<< Здравствуйте, мистер Бог, это Анна (Трилогия Анны — 1)

Трилогия Анны — 2

  “Расти на нашей маленькой улице — непременно означало забираться на самый верх железнодорожной стены. ...

&  – Только герои никогда не говорят «нет». Только герои и дураки.

&  – Ма, – спросил я, – почему говорят, что нужно ходить в школу, чтобы узнать больше, чем ты знаешь?
     – Ну, нужно узнавать новое, чтобы защитить себя от того, что уже знаешь.

&  ...что меня действительно удивляет, так это почему он решил сделать такую глупость, как предложить Адаму дать всему творению имена? Черт их всех подери, Финн. Я про Вавилон и весь этот бред. А как насчет Всемирного потопа? Сдается мне, он потратил куда больше времени, уничтожая то, что создал. Если бы у Адама хватило ума давать всему номера, а не имена, инфарктов в мире было бы гораздо меньше. Мой юный друг, после долгих лет героических попыток учить детей математике я пришел к выводу, что не зря «numbers» и «numb» – однокоренные слова.

---

&  К счастью, у математики есть одно очень большое достоинство. Чтобы заниматься ею, многого не надо – только карандаш и бумага, а иногда даже в них нужды нет. На самом деле нужно только время на раздумья.

&  ...кто бы это ни был – кошки, девочки или пьяницы, – хороший прицел и залп чем-нибудь вроде «Пи твою Эр в квадрат!» или «Кубический корень тебе в минус единицу» идеально очищали плацдарм от противника.

&  Я никогда не был любителем встревать в споры, потому как не умел их выигрывать...

Далее >>

Финн — Здравствуйте, мистер Бог, это Анна (12/12)

<< Ранее

&  – Финн, мистер Бог сказал «Я есмь», и он хочет, чтобы мы все тоже это сказали, – а это очень трудно.

&  «„Я есмь“... это очень трудно». «Я есмь». Попробуй по-настоящему сказать это – и ты дома, сделай то, что сказал, – и ты полон, ты весь внутри себя. Тебе больше не нужны вещи снаружи, чтобы заполнить зияющие внутри дыры. Ты больше не будешь оставлять частицы себя в витринах магазинов, в каталогах или на рекламных щитах. Куда бы ты ни пошел, все твое «я» целиком и полностью ты заберешь с собой, не оставив ни кусочка валяться на земле, где на него могут наступить и раздавить; ты весь теперь из одного куска, ты – то, чем хотел тебя видеть мистер Бог. Сказать «Я есмь» – значит, стать таким, как он. Вот ведь, черт меня побери! Я всю дорогу думал, что ходить в церковь надо, чтобы искать там мистера Бога, чтобы молиться ему. До меня совершенно не доходило, чем на самом деле занят мистер Бог. Все это время он из сил выбивался, чтобы только вбить крупицу разума в мою дурью башку, чтобы превратить мое «вот это» в «я есмь». Наконец письмо дошло.

---

&  В какой-то момент меня охватило чувство, что я еще и не начинал разгребать свои завалы. На поверхность начали всплывать проклятые лозунги типа: «Давай!», «Вперед!», «Ты должен преуспеть!», «Мотоцикл сделает из тебя человека!», «А с машиной ты станешь еще круче!», «Две машины, и, парень, ты взял джекпот!». Я попался на удочку – все предельно просто: крючок, леска и грузило. Лозунги были внутри меня и пустили корни в весьма благодатную почву. Чем больше внутри было лозунгов, тем больше частиц меня оказывалось снаружи. «Большая часть человека пребывает снаружи». Можете сказать это еще раз, чтобы уж точно дошло.

  ... И я знаю, что где-то там Анна и мистер Бог смеются.”

КОГДА Я УМРУ
Написано Анной

Когда мне будет пора умирать,
Я сделаю это сама.
Никто не сделает этого за меня.
Когда я буду готова,
Я скажу:
«Финн, подними меня»,
И буду смотреть
И весело смеяться
И если я упаду
То значит, я умерла

>> Анна и Черный Pыцарь (Трилогия Анны — 2)

Финн — Здравствуйте, мистер Бог, это Анна (11/12)

<< Ранее

&  Мистер Бог, несомненно, был автором всех вещей, творцом всех вещей, всемогущим, всеведущим, пребывающим в самой сути этих самых вещей – за одним исключением. Именно в этом исключении Анна и видела ключ ко всей системе. Это было отличное, забавное исключение; более того, благодаря ему мистер Бог как раз и становился «дорогим».
     ...подобное могло прийти в голову только мистеру Богу. Все прочие свойства и качества мистера Бога, о которых так много говорили в церкви и школе, были величественны, внушали трепет и, давайте назовем вещи своими именами, даже некоторый ужас. А потом он пошел и сделал это. И именно это сделало его смешным и забавным. И доступным для нашей любви.

&  Можете, если хотите, отрицать, что мистер Бог существует: все равно никакие отрицания ни в малейшей степени не повлияют на сам факт его существования. Нет, мистер Бог был, и был здесь, несомненно, главным, осью, центром, самой сутью вещей, и как раз здесь-то и начиналось самое смешное. Понимаете, приходится признать, что он является всеми этими вещами, но тогда получается, что это мы находимся в своем собственном центре, а не бог. Бог есть наш центр, но тем не менее именно мы осознаем, что он – центр. Из-за этого получается, что по отношению к мистеру Богу мы занимаем внутреннее положение. В этом и состоит парадоксальность природы мистера Бога – несмотря на то, что он пребывает в центре всех вещей, он все равно смиренно стучит в дверь и ждет снаружи, пока его не впустят. А дверь открываем именно мы. Мистер Бог не вышибает дверь и не вламывается внутрь во всем своем величии; нет, он стучит и ждет.

---

&  Для того чтобы разобраться с богом, нужен супербог, но ведь именно так оно и происходит. Как сказала Анна: «Это же просто здорово, правда? Так я получаюсь очень важная. Ты только представь себе мистера Бога на втором месте!»

&  – Ну, если ты полный, то можешь взять что угодно и увидеть мистера Бога. Если ты не полный, то у тебя ничего не получится.
     – Почему это? Дай хоть один пример.
     – Крест, например! Если ты полный, то он тебе не нужен, потому что крест у тебя внутри. Если ты не полный, то крест у тебя снаружи, и тогда тебе приходится делать из него волшебный предмет. Если внутри ты не полный, тогда ты из всего можешь сделать волшебный предмет, и тогда это становится наружный кусочек тебя.
     – Это что, плохо?
     Она кивнула.
     – Если ты так делаешь, то ты не можешь делать то, чего от тебя хочет мистер Бог.
     – О! А что он хочет, чтобы я сделал?
     – Чтобы ты любил всех, как любишь себя. А для этого тебе сначала нужно заполнить себя тобой, чтобы правильно себя любить, вот.
     – Потому что большая часть человека пребывает снаружи...

Окончание >>

Финн — Здравствуйте, мистер Бог, это Анна (10/12)

<< Ранее

&  – Причина моей любви к темноте в том, что в ней тебе приходится определять себя самому. А днем тебя определяют другие люди.

&  – Есть ум в обычном понимании этого слова, есть воображение, есть фантазия, есть суждение и есть память... Никогда никому не давай лишить себя права на цельность. День – для мозгов и чувств, ночь – для сердца и ума. И никогда, никогда не бойся. Мозги могут в один прекрасный день предать тебя, но сердце – нет.

---

&  Старый Вуди был совершенно прав. День тренировал чувства, а ночь развивала ум, расширяла воображение, обостряла фантазию, пробуждала память и напрочь меняла всю шкалу ценностей.
     Кажется, я начал понимать, почему большинство людей по ночам спят. Так проще жить. Так куда проще.

Далее >>

Финн — Здравствуйте, мистер Бог, это Анна (9/12)

<< Ранее

&  Суетиться по поводу смерти точно не стоило. Умирание, конечно, могло доставить некоторые хлопоты, но только если ты не жил по-настоящему. К смерти нужно было хорошенько подготовиться, а единственной возможной подготовкой к смерти была настоящая жизнь.

&  В какой-то момент я понял, что смотрю на себя со стороны. Больно.

&  – Люди должны становиться мудрее, когда стареют. Босси и Патч так делают, а люди почему-то нет... Их коробочки становятся все меньше и меньше.
     – Коробочки? Не понимаю.
– Вопросы лежат в коробочках, – объяснила она. – И ответы, которые они получают, должны по размеру подходить коробочкам... Это трудно сказать. Это вроде как ответы того же размера, что коробочки. Это как эти... измерения. Если ты задаешь вопрос в двух измерениях, то и ответ тоже будет в двух измерениях... Коробочка, понимаешь? Из нее не выбраться... Вопросы доходят до самого до края и там останавливаются. Это как в тюрьме.

---

     – Я думал, мы все вроде как в тюрьме.
     – Нет. Мистер Бог такого бы не сделал.
     – Наверное, нет. А каков тогда ответ?
     – Дать мистеру Богу быть. Он же дает нам быть.
     – А мы что, не даем?
     – Нет. Мы кладем мистера Бога в маленькие коробочки.
     – Да ну, не может быть!
     – Да, мы все время так делаем. Потому что мы на самом деле его не любим. Мы должны дать мистеру Богу быть свободным. Вот что такое любовь.

&  Звезды вытягивали человека из его коробочки, они распахивали настежь двери тюрьмы и выпускали на свободу птицу воображения.

Далее >>

Финн — Здравствуйте, мистер Бог, это Анна (8/12)

<< Ранее

&  Обоим нам говорили, что «пять» означало «пять» и ничего больше, но цифра 5, отраженная в воде или в зеркале, становилась цифрой 2... «Пять» означало то, что обычно подразумевалось под числом «пять» только потому, что когда-то все так решили, а потом привыкли. В самой цифре 5 не было ровным счетом ничего особенного; можно было придать ей любое значение, какое вам только нравилось, и придерживаться однажды придуманных и принятых вами правил, а можно было идти дальше и изобретать новые правила.

&  То, что кое-какие из ее фактов были вовсе даже и не фактами, а форменными фантазиями, ее ничуть не волновало, ибо к этому времени у Анны уже имелось свое совершенно определенное мнение о том, что есть факт.
     Факт был жесткой наружной скорлупой смысла, а смысл был нежной живой субстанцией, скрытой внутри факта. Факт и смысл были главными движущими силами в механизме жизни. Когда шестеренка факта цеплялась за шестеренку смысла, они начинали вращаться в противоположных направлениях, но стоило вставить между ними шестеренку фантазии, и направление снова становилось единым. Фантазия была и остается очень важной частью машины. Она может завести бог весть куда, но за ней все же стоит последовать. Иногда оно того стоит.

---

&  Ньютон открыл свой закон, и Анна от него не отставала. Ее закон выглядел так: для начала выверни это наизнанку, потом поставь с ног на голову, потом задом наперед, потом с боку на бок, рассмотри как следует, что получилось, а потом можно кричать: «Финн, а ты знаешь, что если прочитать room наоборот, то получится moor?» Ну да, комната – это место, огороженное стенами, а пустошь – это место, принципиально не огороженное никакими стенами, так что некий тайный смысл в этом явно есть, не так ли?

&  «Финн, если прочитать roof наоборот, получится какая-то бяка. Можно, я вставлю туда букву „l“, и тогда получится floor?» Почему бы и нет, собственно? Или: «Финн, а можно считать, что rood – это окно, потому что это door наоборот?» «Финн, а ты знаешь, что „lived“ – это devil задом наперед?» «Финн, а ты в курсе, что Анна наоборот будет Анна?»

Далее >>

Финн — Здравствуйте, мистер Бог, это Анна (7/12)

<< Ранее

&  Для Анны была одна абсолютная истина. Мистер Бог создал все; на свете нет ничего, что не было бы создано мистером Богом. Когда учишься видеть, как это все устроено, как оно работает и как из кусочков получается целое, тогда начинаешь понимать, что же такое мистер Бог.

&  Анну меньше всего интересовали свойства. Свойства имели довольно глупую привычку зависеть от обстоятельств. Вода, как правило, была жидкой, за исключением тех случаев, когда представала в виде льда или пара. Тогда ее свойства были принципиально иными. ... Разумеется, Анна ни за что не стала бы списывать свойства со счетов и отправлять в мусорный ящик. Свойства были прекрасны и полезны, но, поскольку они зависели от обстоятельств, гоняться за ними можно было бесконечно. Нет, функции были куда более заманчивой дичыо. Попытки измерить мистера Бога снаружи давали бесконечный список самых разнообразных свойств. Тот или иной набор выбранных свойств давал в результате ту или иную религию, которой уже можно было следовать. С другой стороны, быть внутри мистера Бога значило иметь дело с функциями, и тогда мы все становились одним и тем же: никаких тебе больше церквей, храмов, мечетей и т. д. Теперь все одинаковы.

---

&  Что такое функция, вы спрашиваете? О, функции мистера Бога тоже из этих, простых вещей. Функция мистера Бога заключается в том, чтобы сделать вас похожим на него. Тогда вы уже не сможете его измерять, не так ли?

&  Как изрекла однажды Анна: «Когда ты какой-то, то ты об этом не знаешь, правда? Ты же не думаешь, что мистер Бог знает, что он хороший, да?» Анна полагала, что мистер Бог – образец джентльмена, а настоящий джентльмен никогда не станет бахвалиться своей «хорошестью». Если бы он стал хвастать, то не был бы джентльменом, правда? Это привело бы к противоречию.

Далее >>

Финн — Здравствуйте, мистер Бог, это Анна (6/12)

<< Ранее

&  Как предполагаемый христианин ты находишься вне цепи и пытаешься измерить мистера Бога. На экранчике прибора показывается не напряжение, а слова «любящий», «добрый», «всемогущий», «всеблагой». Целый набор отличных ярких наклеек, чтобы лепить куда ни попадя. Пока все хорошо. Теперь, какой у нас будет следующий шаг? Ах, да, нужно разомкнуть христианскую цепь и подключить меня, то есть счетчик. Звучит достаточно просто, никаких проблем. Эй, подождите-ка, блин, минутку! Кто это там сказал: «Будьте, как Отец ваш небесный»? Успокойте этого товарища, я уже почти решил проблему. Если я внутри христианской цепи, значит, я ее часть – действительная часть мистера Бога, его равноправная работающая часть.

&  – Ты хочешь сказать, я могу только думать, что я христианин. Я меряю мистера Бога снаружи цепи и говорю, что он добрый и любящий, и всемогущий и все такое, но на самом деле я – конченый человек?
     – Это просто слова, которые говорят люди.
     – Естественно, но и я тоже человек.
     – Тогда ты должен знать.
     – Что?
     – Что это просто слова, которые говорят люди.

---

&  – Так что, если я подключусь к цепи и стану измерять мистера Бога оттуда, изнутри, тогда я буду настоящим христианином?
     Она покачала головой. Из стороны в сторону.
     – Почему нет? – спросил я.
     – Ты будешь как Арри.
     – Он иудей.
     – Ага. Или как Али.
     – Подожди, он же сикх.
     – Да, но это не важно, если ты будешь мерить мистера Бога изнутри.
     – Попридержи малость. Что я смогу измерить, если буду внутри цепи?
     – Ничего.
     – Ничего? И что тогда...
     – Потому что это не важно. Ты будешь как кусочек мистера Бога.

Далее >>

Финн — Здравствуйте, мистер Бог, это Анна (5/12)

<< Ранее

&  Очень мягко, но с неизменным энтузиазмом меня учили ходить в обратном направлении: нужно пристально глядеть на ответ и постепенно пятиться назад, пока не споткнешься о вопрос. Мне терпеливо разъяснили, что ответ «три» очень важен, потому что от него можно прийти назад к «сквиллионам» вопросов. Чем к большему количеству вопросов можно было попасть от одного ответа, тем полезнее был этот самый ответ. Самое интересное в этом методе, сказали мне, что некоторые вопросы вели всего к нескольким ответам, а некоторые – вообще только к одному. Чем к меньшему количеству вопросов вел ответ, тем важнее и глубже были эти вопросы. Если от ответа можно было прийти к одному-единственному вопросу, считайте, что вы выиграли джек-пот.

&  Что до проблемы со ЗДЕСЬ и ТАМ, объяснение я получил следующее:
     – Где ты? – спросила она.
     – Здесь, конечно, – ответил я.
     – А где тогда я?
     – Там!
     – Где ты об этом знаешь?
     – В каком-то месте внутри меня.
     – Тогда ты знаешь мою середину в своей середине.
     – Ну... да, вроде так.
     – Значит, ты знаешь мистера Бога у меня в середине у тебя в середине, и все, что ты знаешь, и всех, кого ты знаешь тоже, ты знаешь у себя в середине. У каждой вещи и у каждого человека, которых ты знаешь, в середине мистер Бог, и поэтому их мистер Бог и у тебя в середине тоже – все просто.

---

&  Когда мистер Уильям Оккам сказал: «Глупо тратить много там, где можно потратить мало», – он изобрел свою знаменитую бритву, но наточила ее Анна!

&  – Хорошо. Пойти в церковь – это как починить приемник. Отлично. Я согласен. Только, будь добра, объясни мне все внятно и медленно. Очень медленно.
     – Ну, сначала ты вынимаешь коробочку оттуда, а потом кладешь ее туда. Это как люди в церкви – они сидят снаружи, а им нужно быть внутри. ... Когда ты первый раз сделал это с коробочкой. Почему?
     – Чтобы измерить напряжение.
     – Снаружи?
     – Разумеется. Напряжение всегда измеряется, когда цепь разомкнута.
     – А потом когда ты сделал это во второй раз?
     – Это чтобы измерить силу тока.
     – Внутри?
     – Да, внутри. Чтобы измерить силу тока, нужно оказаться внутри цепи.
     – Это же как люди в церкви, понимаешь?... Люди, ...когда они идут в церковь, ...меряют мистера Бога снаружи... Они не идут внутрь, чтобы измерить мистера Бога.

Далее >>

Финн — Здравствуйте, мистер Бог, это Анна (4/12)

<< Ранее

&  – Но люди не сравнивают мистера Бога с самими собой.
     – Я знаю, – она захихикала.
     – Тогда по какому поводу ты устроила такой кипеж?
     – Потому что это они сравнивают себя с мистером Богом.
     – Это то же самое, – заявил я.
     – И совсем не то же самое.

&  – Ты сказала, что люди сравнивают. Должно быть, ты хотела сказать, что они не сравнивают...

---

&  – Финн, – кротко сказала она, – сравни два и три.
     – На один меньше.
     – Угу. А теперь сравни три и два.
     – На один больше.
     – Ага. На один меньше – это то же самое, что и на один больше, да?
     – Ну, да, – проворчал я, – на один меньше, это то же са... ой!.. Это не одно и то же! – завопил я вслед за ней.
     – Вот-вот! – вторила мне она.

&  Такова была уловка, которой она быстро научилась, – заставить человека колебаться любыми средствами, какие только были в ее распоряжении, честными или не очень. Анна была не чужда уловок, если они помогали ей достичь цели. Заставь человека сомневаться, и у тебя будет больше шансов, что твои слова услышат.

Далее >>

Финн — Здравствуйте, мистер Бог, это Анна (3/12)

<< Ранее

&  – Ты же не думаешь, что мистер Бог знает, что он добрый, хороший и всех любит, правда? ....
     – Наверное, нет, – немного поколебавшись, ответил я. ....
     – Мистер Бог не знает, что он хороший и добрый, и всех любит. Мистер Бог, он... он... пустой.

&  Я объяснил ей, что цветок поглощает все цвета спектра, кроме желтого, который и отражает обратно наблюдателю. Анна некоторое время переваривала эту информацию, а потом заявила:
     – Ага, значит, желтый он брать не хочет... так что настоящий цвет – это все те, которые он хочет.

&  Выходило так, что каждый человек при рождении получал целый набор стеклышек с ярлычками «хорошо», «плохо», «отвратительно» и т. д. Дальше они присобачивали к своему внутреннему оку монокль и меняли в нем стеклышки, воспринимая мир в соответствии с цветом и маркировкой стекла. И делали мы это, ... чтобы оправдать свои внутренние убеждения.

---

&  Мистер Бог несколько отличался от цветка. Цветок, который не хочет брать желтый свет, мы называем желтым, потому что именно этот свет мы и видим. О мистере Боге такого сказать нельзя. Мистер Бог хочет все и поэтому ничего не отражает обратно! А если мистер Бог ничего не отражает вовне, то мы просто не сможем его увидеть, правильно? То есть, если уж природа мистера Бога в принципе доступна нашему пониманию, остается только допустить, что мистер Бог совершенно пуст. Пуст не потому, что в нем ничего нет, но потому, что он приемлет все, все принимает и ничего не отражает обратно! Разумеется, если вам угодно, можно мошенничать и дальше: можете продолжать носить цветные очки со стеклышками, на которых написано «мистер Бог всех любит», или с теми, где значится «мистер Бог очень добрый», но тогда, извините, вы упустите природу мистера Бога в целом. Только попробуйте себе представить, что собой представляет мистер Бог, если он приемлет все и ничего не отражает обратно. Вот это, сказала Анна, и называется быть НАСТОЯЩИМ БОГОМ. Это-то нас и просили сделать – выкинуть все наши цветные стеклышки и посмотреть невооруженным глазом.

Далее >>

Финн — Здравствуйте, мистер Бог, это Анна (2/12)

<< Начало

&  – Финн, как это называется, когда видишь все по другому?
     Минуту-другую я скрипел мозгами, а потом выдал точное словосочетание, которое она хотела услышать, – «точка зрения».
     – Финн, вот в этом и разница. Понимаешь, у всех есть точки зрения, а у мистера Бога нет. У мистера Бога есть только точки для зрения. ...
     Она имела в виду «точки обзора»... Человечество в целом имеет множество точек зрения, в то время как у мистера Бога имеется бесконечное разнообразие точек обзора... То есть вот как оно все выглядело: у человечества бесконечно много точек зрения; у бога бесконечно много точек обзора. Это означает, что бог – везде.

&  – И еще по-другому мистер Бог не такой, как мы... Еще мистер Бог знает вещи и людей изнутри, вот. Мы знаем их только снаружи, да? Так что, понимаешь, Финн, людям нельзя говорить о мистере Боге снаружи; о нем можно говорить только изнутри него, да.

---

&  Люди думали, что мистер Бог очень большой, и тут-то они делали самую свою крупную ошибку. На самом деле мистер Бог мог быть абсолютно любого размера, какого бы ему ни захотелось. «Если бы он не умел становиться маленьким, как бы он знал, каково это – быть божьей коровкой?» Вот как бы он знал?

&  В конце концов, у мистера Бога не одна точка зрения, а бесконечное множество точек обзора, а цель жизни очень проста – быть, как мистер Бог. Насколько было известно Анне, быть хорошим, щедрым, добрым, часто молиться и все такое прочее на самом деле имело к мистеру Богу очень мало отношения. Все это были, как сейчас говорят, побочные эффекты, игра наверняка, без риска, а Анна в такие игры не играла, религия – это про то, чтобы быть, как мистер Бог... Надо было не быть добрым, хорошим и любящим и т. д., чтобы стать, как мистер Бог. Нет-нет! Вся штука со смыслом жизни состояла в том, чтобы быть, как мистер Бог, и тогда вы просто не сможете не стать хорошим, и добрым, и любящим, понятно?

Далее >>

Финн — Здравствуйте, мистер Бог, это Анна

nostradamvs:

...Кто такая Анна? Она была в жизни автора или он её придумал? По-моему, была, потому что придумать эту девочку невозможно. Физика и Бог сплетаются внутри неё, и внутри меня, потому что в середине меня есть Анна, в середине которой мог бы быть я, если бы мы были знакомы...

Трилогия Анны — 1

  “«Понять, чем человек отличается от ангела, очень просто. Ангел по большей части внутри, а человек — снаружи». ...

&  Думаю, есть предел горю и муке, которые способен вынести человеческий рассудок. После этого он отказывает.

&  Я не раз бывал в церкви и слышал много разных молитв, но ни одна из них не походила на эту. Я не могу в точности вспомнить все, что она говорила, но первыми ее словами были: «Уважаемый мистер Бог, это Анна».

&  Чтение Библии особого успеха не имело. Анна считала ее букварем для самых маленьких. Смысл Библии был прост; любой дурак во всем разобрался бы за полчаса! Вера нужна для действия, а не для того, чтобы читать про действия. Однажды во всем разобравшись, не было никакой нужды снова и снова возвращаться на исходные рубежи.

---

&  Анна ничтоже сумняшеся оставила за бортом все, что не относится прямо к делу, и оформила многовековой опыт ученых штудий в одно простое предложение: «И бог сказал любить его, любить всех и всё и не забывать любить самого себя».

&  Что до походов в церковь, чтобы там встретиться с мистером Богом, то это вообще был полный абсурд. Если уж мистер Бог не везде, то его нет нигде. Для нее между визитами в храм и разговорами с ним не было никакой логической связи. Все было предельно просто. Когда ты еще очень маленький, ты идешь в церковь, чтобы познакомиться. Познакомившись, ты выходишь из церкви и начинаешь заниматься своими делами. Продолжать ходить в церковь можно, если ты не встретил там мистера Бога, или не понял, что он тебе сказал, или «понту ради».

&  – Понимаешь, Финн, мистер Бог не такой, как мы, потому что он может заканчивать разные вещи, а мы не можем. Я не могу закончить любить тебя, потому что я умру на миллион лет раньше, чем смогу закончить, а вот мистер Бог может закончить любить тебя, и потому это не точно такая же любовь.

Далее >>