The Red Woman

Game of Thrones 6×1

& Thorne: You all know why you’re here. Jon Snow is dead.

& Davos: We need to fight, but we don’t need to die.

& Maester: Shall I have a grave dug for her, my lord? Or would you rather the men build a pyre?
    Ramsay: Buried, burned? This is good meat. Feed it to the hounds.

& Sansa: It’s too cold. I can’t. I won’t make it. I’ll die.
    Theon: I’ve seen what his hounds do to a person. This way is better.

& Jaime: Fuck prophecy. Fuck fate. Fuck everyone who isn’t us. We’re the only ones who matter, the only ones in this world. And everything they’ve taken from us, we’re going to take back and more. We’re going to take everything there is.

---

& Ellaria: Your son is weak just like you. And weak men will never rule Dorne again.

& Tyrion: We’re never going to fix what’s wrong with this city from the top of an 800-foot pyramid.

& Varys: You walk like a rich person... You walk as though the paving stones were your personal property.

& Varys: She thinks you want to eat her baby.

& The Waif: Stand and fight, blind girl.
    Arya: I can’t see.
    The Waif: That’s your problem, not mine.

--
+ quotes on the IMDb

+ Trivia + Despite the books

Σ Good stage for the season.

The Dance of Dragons

Game of Thrones 5×9

& Davos: Forgive me, Your Grace, I never claimed to be an expert in military matters, but if we can’t march forward and we won’t march back...
    Stannis Baratheon: Have the dead horses butchered for meat.

& Ser Alliser: You have a good heart, Jon Snow. It’ll get us all killed.

& Davos: What’s this one now?
    Shireen: «The Dance of Dragons: A True Telling» by Grand Maester Munkun.
    Davos: Now that sounds like a proper story.

& Prince Doran: Many in Dorne want war. But I’ve seen war. I’ve seen the bodies piled on the battlefields. I’ve seen the orphans starving in the cities. I don’t want to lead my people into that hell.

& Bronn: Am I gonna be happy at the end of this walk?

---

& Prince Doran: I believe in second chances. I don’t believe in third chances.

& Ellaria: It’s always changing, who we’re supposed to love and who we’re not. The only thing that stays the same is that we want who we want.

& Stannis Baratheon: «The Dance of Dragons...» Why is that a dance?
    Shireen: It’s just what they call it.
    Stannis Baratheon: Hmm, doesn’t make much sense.
    Shireen: I think it’s poetic.

& Stannis Baratheon: If you had to choose between Rhaenyra and Aegon... who would you have chosen?
    Shireen: I wouldn’t have chosen either. It’s all the choosing sides that made everything so horrible.

& Loraq Hizdahr: You don’t approve?
    Tyrion: There’s always been more than enough death in the world for my taste. I can do without it in my leisure time.
    Loraq Hizdahr: Fair enough. Yet it’s an unpleasant question, but what great thing has ever been accomplished without killing or cruelty?
    Tyrion: It’s easy to confuse what is with what ought to be, especially when what is has worked out in your favor.

& Tyrion: You’re an eloquent man. Doesn’t mean you’re wrong. In my experience, eloquent men are right every bit as often as imbeciles.

--
+ quotes on the IMDb

+ Trivia + Despite the books

Σ Harsh.

Hardhome

Game of Thrones 5×8

& Tyrion: You want revenge against the Lannisters?.. I killed my mother Joanna Lannister on the day I was born. I killed my father Tywin Lannister with a bolt to the heart. I am the greatest Lannister killer of our time.

& Tyrion: You have no one at your side who understands the land you want to rule. ...
    Daenerys: I will have a very large army and very large dragons.
    Tyrion: Killing and politics aren’t always the same thing.

& Arya: Oysters, clams, and cockles!

& Cersei: The charges?
    Qyburn: Fornication, treason, incest, the murder of King Robert.
    Cersei: All lies.
    Qyburn: Of course, Your Grace. My concern is that the Faith does not adhere to the same standards of proof as the crown... I hope you’ll excuse me for saying it, but belief is so often the death of reason.
    Cersei: I wish you had said it sooner.

& Cersei: I can’t stay here.
    Qyburn: There is a way, Your Grace... A way out.

& Ramsay: I think you’re missing an opportunity to show the people of the North how House Bolton treats southern invaders... We hit first and hit hard and leave a feast for the crows.

& Tyrion: So, here we sit. Two terrible children of two terrible fathers.
    Daenerys: I’m terrible?
    Tyrion: I’ve heard stories...
    Daenerys: Why did you travel to the far side of the world to meet someone terrible?
    Tyrion: To see if you were the right kind of terrible.
    Daenerys: Which kind is that?
    Tyrion: The kind that prevents your people from being even more so.

& Daenerys: You’re going to advise me... While you can still speak in complete sentences.
    Tyrion: Advise you on what?
    Daenerys: How to get what I want.
    Tyrion: The Iron Throne. Perhaps you should try wanting something else...

---

& Daenerys: Lannister, Targaryen, Baratheon, Stark, Tyrell. They’re all just spokes on a wheel. This one’s on top, then that one’s on top. And on and on it spins, crushing those on the ground.
    Tyrion: It’s a beautiful dream, stopping the wheel. You’re not the first person who’s ever dreamt it.
    Daenerys: I’m not going to stop the wheel. I’m going to break the wheel.

& Septa Unella: Thirsty? Confess.

& Sam: Try not to worry, Olly. I’ve been worrying about Jon for years. He always comes back.

& Tormund: You trust me, Jon Snow?
    Jon Snow: Does that make me a fool?
    Tormund: We’re fools together now.

& Tormund: Gather the elders and let’s talk.

& Jon Snow: The Long Night is coming and the dead come with it. No clan can stop them. The free folk can’t stop them. The Night’s Watch can’t stop them. And all the southern kings can’t stop them. Only together, all of us. And even then it may not be enough, but at least we’ll give the fuckers a fight.

& Karsi: You vouch for this man, Tormund?
    Tormund: He’s prettier than both my daughters, but he knows how to fight. He’s young, but he knows how to lead.

& Karsi: I’ll never trust a man in black. But I trust you, Tormund. If you say this is the way, we’re with you.
    Tormund: This is the way.

& Karsi: I fucking hate Thenns.

& Jon Snow: The dragonglass.
    Edd: Fuck the glass! We are gonna die here!

--
On the IMDb

Σ The Winter has finally come!

Winter is coming

A lot of spoilers. Be aware.

Джордж Мартин — Принцесса и королева, или Черные и Зеленые

Песнь льда и пламени

  “«Танец драконов» — сего выспреннего именования удостоилась яростная междоусобная борьба за Железный трон Вестероса, которую вели две враждующие ветви дома Таргариенов в 129-131 годах после В.Э. ...

& Воистину, лишь богам до конца ведомы человеческие сердца, а женщины тем более полны загадок.

---

& Люди могут иметь замыслы, строить заговоры, плести интриги, но вернее было бы им ко всему прочему еще и молиться, ибо никогда ни один замысел человека не мог противостоять прихотям богов небесных.

  ... Ей и завершается сия глава нашей истории.”

The Mountain and the Viper

Game of Thrones 4×8

& Pyp: How do 102 men stop 100,000?
    Edd: Whoever dies last, be a good lad and burn the rest of us. Once I’m done with this world... I don’t want to come back.

& Missandei: I’m sorry. I’m sorry they did that to you.
    Grey Worm: Why? Why sorry?
    Missandei: It’s a terrible thing to do to a boy.
    Grey Worm: If the masters never cut me, I never am Unsullied. I never stand in the Plaza of Pride when Daenerys Stormborn ordered us to kill the masters. I never am chosen to lead the Unsullied. I never meet Missandei from the island of Naath.

& Kenning: He wants us to surrender?
    Theon: My own father, your king, surrendered years ago to Robert Baratheon. I watched him bend the knee. There was no shame there. He fought with honor, as did you.
    Kenning: “No shame.” “Fought with honor...” Only a whipped dog would speak this way. Or a woman. Are you a woman, boy?
    Theon: You don’t know—
    Kenning: The ironborn will not surrender!

& Ramsay Snow: It’s fallen out of fashion, flaying. Sad, but true. Traditions are important. Where are we without our history? Eh?
    Theon: Yes, my lord.

& Lord Bolton: Tell me what you see.
    Ramsay Snow: Moors, fields, hills.
    Lord Bolton: Tell me what you see.
    Ramsay Snow: Nothing.
    Lord Bolton: Not nothing. The North.

---

& Lord Bolton: Ride 700 miles that way, you’re still in the North. 400 miles that way. 300 miles that way. The North is larger than the other six kingdoms combined. And I am the Warden of the North. The North is mine.

& Lord Bolton: Now tell me, what is your name?
    Ramsay Snow: Ramsay Snow.
    Lord Bolton: No, not Ramsay Snow. Open it... From this day until your last day, you are Ramsay Bolton, son of Roose Bolton, Warden of the North.

& Lord Baelish: Better to gamble on the man you know than the strangers you don’t? And you think you know me?
    Sansa: I know what you want.
    Lord Baelish: Do you?

& ’The Hound’ Clegane: Little shit deserved to die, but poison— poison’s a woman’s weapon. Men kill with steel.
    Arya: That’s your stupid pride talking. It’s why you’ll never be a great killer. I’d have killed Joffrey with a chicken bone if I had to.

& Robin Arryn: The Lord of the Vale belongs in the Eyrie, Mother said. She said it’s not safe outside.
    Lord Baelish: It wasn’t safe for her inside. People die at their dinner tables. They die in their beds. They die squatting over their chamber pots. Everybody dies sooner or later. Don’t worry about your death. Worry about your life. Take charge of your life for as long as it lasts. That is what it means to be Lord of the Vale.

& Tyrion: Trial by combat... Deciding a man’s guilt or innocence in the eyes of the gods by having two other men hack each other to pieces. Tells you something about the gods.

& Tyrion: What’s the punishment for regicide? Drawing and quartering? Hanging? Breaking at the wheel?
    Jaime: Beheading.
    Tyrion: Seems rather ordinary.

& Tyrion: And he was my nephew as well, so what is that? Fratricide is brothers. Filicide is sons. Nepoticide. That’s the one. Matricide, patricide, infanticide, suicide... There’s no kind of killing that doesn’t have its own word.

& Tyrion: Laughing at another person’s misery was the only thing that made me feel like everyone else.

& Ellaria: You’re going to fight that?
    Prince Oberyn: I’m going to kill that.
    Ellaria: He is the biggest man I’ve ever seen.
    Prince Oberyn: Size does not matter when you are flat on your back.
    Tyrion: ’Thank the gods.’

& Prince Oberyn: Elia Martell. Who gave you the order? Who gave you the order?! Say her name! You raped her! You murdered her! You killed her children! Say it. Say her name.

& Lord Tywin: The gods have made their will known. Tyrion Lannister, in the name of King Tommen of the House Baratheon, First of His Name...

--
On the IMDb

Two Swords

Game of Thrones 4×1

& Lord Tywin: The war is over. The king is safe.
    Jaime: The king is never safe.

& Jaime: I don’t want Casterly Rock. I don’t want a wife. I don’t want children.
    Lord Tywin: What do you want?
    Jaime: Supper would be nice.

& Tyrion: Ah, here we are. Can you read the sigils?
    Bronn: Yellow balls?
    Podrick: Wild lemons on a purple field,

& — I’m afraid I’m not an offer, my lord.
    Prince Oberyn of Tyrell: Everyone who works for Littlefinger is an offer.

& Prince Oberyn of Tyrell: Do you know why all the world hates a Lannister?.. You think your gold and your lions and your gold lions make you better than everyone. May I tell you a secret?.. You’re not a golden lion. You’re just a pink little man who is far too slow on the draw.

& Prince Oberyn of Tyrell: Longsword is a bad option in close quarters.

& Prince Oberyn of Tyrell: What are you? His hired killer?
    Bronn: It started that way, aye. Now I’m a knight.
    Prince Oberyn of Tyrell: How did that come to pass?
    Bronn: Killed the right people, I suppose.

& Tyrion: I didn’t know your brother. He seemed like a good man, but I didn’t know him. Your mother, on the other hand... I admired her. She wanted to have me executed... but I admired her.

---

& Tyrion: Things are a bit tense right now.
    Shae: What things?
    Tyrion: My nephew the king wants to murder me. My wife hates me because my father murdered her family. Oberyn Martell wants to murder everyone whose last name is Lannister.
    Shae: You need to relax.

& Maester Aemon: If we beheaded every ranger who lay with a girl, the Wall would be manned by headless men.

& Jon Snow: Do you intend to execute me or am I free to go?
    Maester Aemon: None of us are free. We are men of the Night’s Watch. But we won’t be taking your head today, Jon Snow.

& Commander Slynt: You always know when a man’s telling a lie. How did you acquire this magical power?
    Maester Aemon: I grew up in King’s Landing.

& Brienne of Tarth: Please pardon me for interrupting. My name is Brienne of Tarth...
    Lady Olenna: We know who you are. We’ve heard all about you. But hearing is one thing... Aren’t you just marvelous? Absolutely singular!

& Daario: If you want them to follow you, you have to become a part of their world. Strategy.

& Jaime: There’s a certain safety in death, wouldn’t you say?

& Jaime: Are you sure we’re not related? Ever since I’ve returned, every Lannister I’ve seen has been a miserable pain in my ass. Maybe you’re a Lannister, too. You’ve got the hair for it if not the looks.

& Clegane: I’m not a thief.
    Arya: You’re fine with murdering little boys, but thieving is beneath you?
    Clegane: A man’s got to have a code.

& Polliver: And where am I for all of it? Stuck with your brother. Meaning no offense.
    Clegane: None taken.
    Polliver: He’s good, the Mountain is. Best at what he does. But torture, torture, torture, torture... You spend enough time putting the hammer to people, you start to feel like a carpenter making chairs.

--
On the IMDb

White Walkers. Be aware!

Game of Thrones 4

Impatiently waiting. Trailer # 1 for 'Game of Thrones' Season 4:


+ 15 Things You Didn't Know About 'Game of Thrones'

Джордж Мартин — Каменный город

(сборник Sandkings)

  “Перекресток Вселенной называли на тысячу ладов. ...

&  — Инопланетяне — они как леденцы. Майки. Цвет разный, но внутри все одинаковые.

&  Во многой мудрости много печали — потому что мудрости всегда мало.

---

&  — Пустая, бессмысленная жизнь. Помнишь, что нам говорила Айрай?.. Она говорила, что глупо думать, будто везде во Вселенной действуют законы, доступные человеческому пониманию. Помнишь? Она называла это «синдром идиотической самонадеянности».

  ... В пустынных тоннелях под руинами Холт идет от звезды к звезде. ”

Джордж Мартин — Путь креста и дракона

(сборник Sandkings)

  “— Ересь, — сообщил он мне. ...

&  — Иной раз не обойтись без крови мучеников, впрочем, еретиков тоже. Ради спасения души можно отдать и жизнь.

&  — Мы, Лжецы, как и любая религия, принимаем несколько постулатов на веру. Вера, как вы понимаете, необходима. Есть положения, которые невозможно доказать. Мы верим, что жизнь стоит того, чтобы прожить ее. Это один из наших догматов. Цель жизни — жить, сопротивляться смерти, возможно, даже бросить вызов энтропии.
     Мы также верим, что счастье есть благо, поискам которого надобно посвятить себя... Какую бы позицию ни занимала церковь в вопросе о счастье, она проповедует веру в загробную жизнь, в высшее существо и требует выполнения жестких моральных норм.
     Лжецы не верят ни в жизнь после смерти, ни в Бога. Мы принимаем вселенную, как она есть, со всеми ее жесткими истинами. Мы, кто верит в жизнь и ценит ее более всего на свете, должны умереть. А потом не будет ничего, кроме пустоты. В жизни нашей нет цели, поэтики, смысла. Не найдем мы этого и в нашей смерти. Когда мы уйдем, нас будут вспоминать лишь непродолжительное время, а потом забудут, словно мы не жили. Наши планеты и наша вселенная лишь ненадолго переживут нас. Все поглотит ненасытная энтропия, и наши жалкие усилия не уберегут нас от такого конца. Вселенная исчезнет. Она обречена. Вечность — понятие недостижимое.
     Вера — надежный щит против отчаяния... Истины великие, как, впрочем, и те, что поменьше, непереносимы для большинства людей. Мы находим защиту от них в вере. Моей, вашей, любой другой. Все остальное, пока мы верим искренне и непоколебимо в выбранную нами ложь, — чепуха.
     Наши психологи считают, что счастливыми ощущают себя лишь те, кто верит. В Иисуса Христа или Будду, переселение душ или бессмертие, в силу любви или платформу политической партии. Все едино. Они верят. И счастливы. Отчаиваются, даже кончают с собой другие, ищущие истину. Истин много, а вот вероучений недостает, да и скроены они неважно, на скорую руку — противоречия да ошибки. А ошибки порождают сомнения: наша вера теряет опору и вместе с ней от нас уходит счастье.
     Лжецы выдумывают вероучения.
     И самые разные. Не только религиозные. Подумайте об этом. Мы знаем, сколь сурова правда. Прекрасное куда предпочтительнее. Мы изобретаем прекрасное. Вероисповедание, политические движения, высокие идеалы, любовь, дружбу — все это ложь, обман. Мы придумываем и их, и многое, многое другое. Мы совершенствуем историю, мифы, религию, делая все это более прекрасным, более доступным для восприятия. Разумеется, что ложь наша зачастую несовершенна. Слишком могучи истины. Но, возможно, придет день,когда мы предложим столь великую ложь, что в нее поверит все человечество. А пока приходится обходиться тысячами маленьких обманов.

---

&  — Религия должна соответствовать культуре и обществу, идти с ними рука об руку, а не противостоять им. Если возникает конфликт, противодействие, ложь рушится, а с ней исчезает и вера.

&  Правда освобождает. Но свобода зачастую холодна, пуста и пугающа, в то время как ложь несет и тепло, и красоту.

  ... Я назвал его «Дракон».”

Джордж Мартин — Ночь «Вампиров»

  “Обращение передали в прайм-тайм. ...

&  Затишье между боями куда хуже самого боя. Появляется время подумать.

  ... Страна была охвачена пожаром пострашнее.”

---

Пора закрываться

  “Конец света наступил в обычный, ничем не примечательный вторник. ...

  ... — «Нова» — выкрикнул он до того, как земля исчезла в яркой вспышке.”

Джордж Мартин — Танец с драконами (3/3)

Ранее

&  Если выбор стоит между долгами и смертью, то лучше занять.

&  Насмешки – вот язык, понятный всем.

&  Здесь царили скука и рутина – главные враги дисциплины.

&  Пока люди помнят обиды своих предков, мир не будет вечным.

&  Серебро сладко, а золото – наша мать, но как только ты умер, они стоят меньше, чем то дерьмо, в котором ты лежал, обделавшись перед смертью.

&  – Я просто мечтаю, – грустно произнесла Пенни. – Мы могли бы отсюда уплыть. Снова появились корабли, война ведь закончилась.
     Разве? Тирион был склонен в этом сомневаться. Пергамент подписан, но войны идут не на пергаменте.

&  Самая коварная вещь в рабстве – то, как легко к нему привыкаешь.

---

&  Несмотря на те ужасы, что Пенни пережила, она почему-то осталась доверчивой. Но она ведь должна понимать. Она старше Сансы. И вдобавок – карлица. А ведет себя так, будто позабыла об этом, будто она красавица из знатного рода, а не рабыня в коллекции уродов. Тирион часто слышал ее молитвы по ночам. Пустая трата слов. Если даже боги существуют и внимают молитвам, то они чудовищные божества, мучающие нас для забавы. Кто же еще мог создать мир, полный рабства, крови и боли? Кто мог сотворить нас такими?

&  Из земли можно сделать припарку, чтоб облегчить жар. Можно бросить в нее семена и вырастить зерно, чтобы накормить детей. Земля питает, а огонь – лишь поглощает, но дети, глупцы и юные девицы всегда выбирают огонь.

&  Она говорит, это собачатина, но я думаю, что крысятина вероятнее. Однако оно вас не убьет. Я заметил, что пищи надо остерегаться, только когда она соблазнительна. Отравители неизменно выбирают наилучшие блюда.

&  Женщины всегда более жестоки, когда дело касается других женщин.

&  Гордецы могут кричать, что лучше умрут свободными, чем будут жить рабами, но гордость стоит дешево. Когда пахнет жареным, такие люди редки, как зубы дракона: иначе в мире не существовало бы столько рабов. Не было еще раба, который бы сам не выбрал стать им, задумался карлик. Возможно, выбирать приходится между рабством и смертью, но выбор есть всегда.

&  У нас в Пентосе есть поговорка: «Не спрашивай у пекаря, что за начинка в пироге. Просто ешь».

&  Квентин почувствовал головокружение. Все происходящее казалось нереальным. В одно мгновение это выглядело игрой, а в следующее – ночным кошмаром, дурным сном, в котором он открывал темную дверь, зная, что на той стороне выжидают ужас и смерть, но почему-то был не в силах остановиться.

&  Ой, подумал он. И закричал.

&  Люди, которым удобно сидеть, охотнее будут слушать, как сказал ему однажды мейстер Эйемон; стоящие люди скорее будут кричать.

&  Огонь – отвратительный способ умереть. Неудивительно, что половина адов создана из пламени.

&  Великий мейстер Пицель однажды сказал ему, что старикам не нужно спать так долго, как молодым, но правда была в другом. Он достиг такого возраста, когда ему уже не хотелось закрывать глаза просто из страха, что они больше не откроются.

&  Вот каково дожить до возраста Пицеля. Все, что видишь или слышишь, напоминает тебе о чем-то, что ты видел или слышал, когда был молод.

&  Не стоило размышлять о проигранных битвах и непройденных дорогах. Это порок стариков.

&  – Мне больно так поступать, милорд. Вы не заслуживаете смерти в одиночестве, в такую холодную, темную ночь. Вас много таких, хороших людей на службе дурных идей...

  ... С кинжалами в руках.”

Σ Зима. Зима уже здесь.

Пир для воронов (Песнь льда и пламени — 4)

Ветра Зимы (Песнь льда и пламени — 6) (будет (בהנ"ו))

Джордж Мартин — Танец с драконами (2/3)

Начало

&  – Зернышко правды делает ложь безупречной.

&  Тяжелая рука и никакого чувства юмора – плохое сочетание.

&  Некоторые друзья бывают опаснее врагов.

&  Когда имеешь дело с лжецами, даже самым честным приходится лгать.

&  – Мы можем дать бой?
     – Мужчины всегда могут сражаться, Ваше Величество. Лучше спросите, сможем ли мы победить. Умирать легко, а победа достается тяжело.

&  Неверующие никогда не слушают, пока не становится слишком поздно.

&  Она боялась снов. Сон – это маленькая смерть, а сновидения – шепот Иного, жаждущего затянуть нас всех в свою вечную ночь.

---

&  Сноу все еще предпочитал жить за оружейной, в паре скромных комнат, ранее занимаемых последним кузнецом Дозора. Возможно, он не считал себя достойным Королевской Башни, а может, ему просто не было дела. В этом – его ошибка, ложная скромность юности, которая сама по себе один из видов гордыни. Не стоит правителю отвергать атрибуты власти, поскольку сама власть в немалой степени проистекает из этих атрибутов.

&  – Ты Хранитель Севера. Прикажи им.
     – Приглашение будет иметь такую же силу. Вкус власти чувствуется лучше, если он подслащен учтивостью.

&  – Он никого не боится, м'лорд.
     – А следовало бы. Страх – то, что сохраняет человеку жизнь в нашем мире вероломства и обмана.

&  Тирион был почти польщен. И, конечно, жрец добивается именно этого. Любому дураку приятно слышать, что он значимая фигура.

&  Что, если ад все-таки существует, и в нем меня ждет отец?

&  Неважно, на что похож твой голос, если ты любишь песню.

&  – Читатель проживает тысячу жизней, прежде чем умрет. А кто никогда не читает, проживает только одну.

&  Человек бывает храбрым, только когда боится.

&  "Мужчина может владеть женщиной, и мужчина может владеть ножом, – однажды говорила ему Игритт, – но ни один мужчина не может владеть обоими".

&  Нежное сердце порой значит больше, чем гордость или доблесть.

&  Пока дети плескались в бассейне, Дейенерис смотрела на них из-за апельсиновых деревьев и кое-что поняла. Она не могла отличить высокородных от простолюдинов. Обнаженные, все они становились просто детьми. Одинаково невинными, незащищенными, заслуживающими долгой жизни, любви, опеки. "Это твое королевство, – сказала она своему сыну и наследнику, – помни их, что бы ты ни делал". Моя мать сказала мне то же самое, когда я стал достаточно взрослым... Принцу очень легко созвать знамена, но в конце концов расплачиваться за это будут дети. Ради них мудрый принц не станет развязывать войну без веской причины, тем более такую, в которой нет надежды на победу.

&  – Труднее всего ничего не делать.

&  Служить. Защищать. Повиноваться. Простые клятвы для простых людей.

&  – Это плохо кончится.
     – Ты обо всем так говоришь.
     – Ага, м'лорд. И обычно я прав.

&  Утонуть – само по себе уже довольно паршиво, но утонуть грустным и трезвым – это слишком жестоко.

&  – Пророчества похожи на недоученных мулов. Они кажутся полезными, но как только ты поверишь в них, тут же лягнут тебя по голове.

&  "Никто еще не умер от того, что преклонил колено, – однажды сказал ей отец. – Тот, кто встал на колени, может вновь подняться с мечом в руке. Тот, кто не склонился, так и останется мертвым, с несгибаемыми ногами и всем остальным".

&  То, чего люди хотят, не имеет значения.

&  Миэринцы редко ездили верхом в стенах города. Они предпочитали паланкины, носилки и портшезы, которые рабы носили на плечах. "Лошади пачкают улицы, а рабы – нет."

Окончание

Джордж Мартин — Танец с драконами

Песнь льда и пламени — 5

  “Ночь была пронизана запахом человека. ...

&  – Мир – это одна большая паутина, и никто не может прикоснуться к одной нити, не потревожив остальные.

&  – Магистр Орделло был отравлен грибами почти полгода назад. Не так уж это и больно, как мне сказали. Несколько кишечных спазмов, вспышка боли где-то за глазами, и все. Лучше грибы, чем мечом по шее, не так ли? Зачем умирать со вкусом крови во рту, когда это может быть вкус масла и чеснока?

&  – В Волантисе чеканят монету с короной на аверсе и черепом на реверсе. Но монета одна и та же. Короновать – все равно, что убить.

&  Женщины не забывают. Женщины не прощают.

&  Никогда не доверяйте поварам, милорд. Они используют чернослив там, где вы меньше всего ожидаете.

&  – Мой старый септон частенько говорил, что книги – это россказни мертвецов. А мертвецы должны помалкивать, как по мне. Никому неохота слушать болтовню покойника.

&  Мужчина взрослеет вместе со своими сыновьями, но все же в чем-то остается мальчиком... Чтобы править, нужно стать мужчиной. Убей в себе мальчика, и родится мужчина... Убей в себе мальчика и позволь мужчине родиться.

&  Не бывает вольных людей. Только дети и дураки думают по-другому.

&  – Слова – это ветер.

---

&  В этом мире только зима несомненна.

&  Лорд может любить людей, которыми командует, но он не должен быть им другом. Может настать день, когда ему придется вершить правосудие над ними или посылать их на верную смерть.

&  – Я любуюсь восходом солнца.
     Это всё равно что смотреть на деву, встающую голышом из ванны. Одни могут быть симпатичнее других, но все в равной степени полны обещаний.

&  – Дейенерис, услада моя, под этой милой молодой грудью бьется нежное сердце... но прими совет старшего и более мудрого. Вещи не всегда то, чем кажутся. Многое, что кажется злом, может быть добром. Например, дождь... Мы проклинаем дождь, когда он обрушивается на наши головы, но без него мы бы голодали. Миру нужен дождь... и рабы. Ты кривишь лицо, но это правда. Посмотри на Кварт. В искусстве, музыке, магии, торговле – всём, что возвышает нас над животными, – Кварт превосходит остальное человечество, как ты превосходишь других, сидя на вершине пирамиды... но внизу вместо кирпичей великолепие Королевы Городов опирается на спины рабов. Подумай: если все будут копаться в грязи, чтобы не умереть с голода, кто поднимет глаза, чтобы посмотреть на звезды? Если каждый будет гнуть спину, чтобы построить лачугу, кто воздвигнет храмы для восхваления богов? Чтобы одни люди стали великими, другие должны стать рабами.
     Он был слишком красноречив для нее. У Дени не было ответа, только саднящее ощущение в животе.
     – Рабство – не то же, что дождь, – упорно продолжала она. – Я попадала под дождь и меня продавали. Это не одно и то же. Никто не хочет, чтобы им владели.

&  – Риск – это часть войны. Каждая битва – это риск, Сноу. Тот, кто ничего не делает, тоже рискует.

&  – "Если" – слово для дураков.

&  – В этих горах? – Станнис насторожился. – Я не вижу здесь замков. Не вижу дорог, городов, деревень.
     – Карта – не земля, часто говорил мой отец. Люди жили в долинах и на горных лугах тысячелетиями, управляемые главами кланов. Вы бы назвали их мелкими лордами, хотя они не именуют друг друга такими титулами. Главные воины кланов дерутся огромными двуручными мечами, а люди попроще мечут камни и лупят друг друга дубинами из горного ясеня.

&  Золотом можно купить человека, но только кровь и сталь сделают его верным.

&  Слова не становятся правдой только потому, что их произнесли.

&  – Мои враги повсюду: как за стенами, так и внутри.
     – Нападайте. Человек, окруженный врагами, не удержит защиту. Он может попытаться, но пока парирует меч, получит топор в спину. Нет. Сталкиваясь с множеством противников, выбери самого слабого, убей его, переступи через тело – и беги.

Далее

Джордж Мартин — Стеклянный цветок

Цикл «Тысяча миров»

  “Давным-давно, в дни расцвета моей настоящей юности, один юноша в знак своей любви преподнес мне стеклянный цветок.  ...

&  Не отнимай мое время. Это самое ценное, что у меня есть. Это самое ценное, что есть у всех нас.

&  — Я ищу другой награды, — ответит киборг.
    — Вот как? Какой же?
    — Смерти в жизни. Жизни в смерти.
    — Они противоположны, — сказала я. — Они враги.
    — Нет, — сказал киборг. — Они одно и то же.

&  Когда придет конец, я встречу его с яростью.

---

&  — Что такое человеческий ум? Воспоминания. Воспоминания — это данные. Характер, личность, воля индивидуума? Это программа. И данные, и программу можно записать на кристаллическую матрицу компьютера.
    — И запечатлеть душу в кристалле? Ты веришь в душу?
    — А вы?

&  Вы не догадываетесь, что такое ужас, пока впервые на вас не взглянет пристально этот незнакомец, а вы не поднимете руку, и не прикоснетесь к незнакомой щеке, и не почувствуете испуганное легкое и холодное прикосновение к своей коже.

&  — Тепло — продукт распада. Сводный брат энтропии.

&  Что такое разум, как не воспоминания? Что такое мы сами, наконец? Только то, чем сами себя считаем.

  ... Я проводила его взглядом; удаляясь, маленькое смертное существо все уменьшалось и уменьшалось, а когда я наконец напрягла свое зрение до предела, затерялось среди болот и звезд.”

Джордж Мартин — Тысяча миров

Цикл «Тысяча миров»

«...И берегись двуногого кровь пролить»

  “Снаружи, на городской стене, на длинных веревках висели детеныши дженши, застывшие пушистые серые тельца. ...

&  — Вы верите в зло?
    — В зло? … Это религиозное понятие, а я не религиозен. Давным-давно, когда я был еще ребенком и воспитывался на ай-Эмиреле, я решил, что ни добра, ни зла нет, есть только разные способы мышления. ... Железные Ангелы заставили меня снова поверить в зло.

  ... В тысяче тысяч лесов и одном-единственном городе роды приступили к молитве.”

{  __ Мистфаль — это Mist fall, a мистрайс, соответственно, — mist rise. Nice. }

---

Башня Пепла

  “Моя башня построена из маленьких черно-серых кирпичей, связанных раствором из блестящей черной субстанции, которая удивительно похожа на обсидиан, хотя, наверное,не может им быть. ...

&  Ночью черные квадратные здания окружает романтическое сияние: серо-оранжевые и бледно-голубые огни города заставляют думать о тайнах, молчаливых песнях и одиночестве...
    — Там кроется множество историй... За каждым огнем скрываются люди, а что ни человек, то иная судьба. Но они живут, не соприкасаясь с нами, поэтому мы никогда не узнаем их историю. {...}
    — Не обманывайся, ты ничего не теряешь. Рассказы о судьбах людей ничего не стоят. Настоящие рассказы обычно имеют какую-то фабулу. Они начинаются, продолжаются какое-то время, а когда заканчиваются, то это действительно конец всего, разве что автор пишет целый цикл. В жизнитак не бывает, люди блуждают без цели, без толку говорят — и так без конца. Ничто и никогда не кончается.
    — Люди умирают, — вставил я. — По-моему, это и есть конец.
    — Конечно, но слышал ли ты, что бы кто-то умер в нужную минуту? Нет, так не бывает. Одни уходят, так и не начав жить по-настоящему, другие на середине лучшей своей роли, а третьи продолжают возиться, когда все уже кончилось.

&  Порой ... меня поражает несправедливость происшедшего, и я понимаю,что слишком много жил сновидениями.
    Ведь сны часто лучше действительности, а рассказы — гораздо красивее жизни.

  ... Я просто убиваю пауков сновидений, пью вино, осыпаю ласками Белку и каждую ночь поднимаюсь на башню пепла, чтобы вглядываться в далекие звезды.”

Game of Thrones 2x1

The North Remembers

& Tyrion: Beloved nephew. We looked for you on the battlefield. You were nowhere to be found.
    Joffrey: I’ve been here, ruling the kingdoms.
    Tyrion: What a fine job you’ve done.

& Joffrey: We heard you were dead.
    Myrcella: I’m glad you’re not dead.
    Tyrion: Me, too, dear. Death is so boring, especially now with so much excitement in the world.

& Sansa: My father was a traitor. My mother and brother are traitors, too. I am loyal to my beloved Joffrey.
    Tyrion: Of course you are.

& Tyrion: Enjoy your name day, Your Grace. Wish I could stay and celebrate, but there is work to be done.
    Joffrey: What work? Why are you here?

& Cersei: What are you doing here?
    Tyrion: Ah, it’s been a remarkable journey. I pissed off the edge of the Wall, I slept in a sky cell, I fought with the hill tribes... so many adventures, so much to be thankful for.

& Tyrion: We had three Starks to trade. You chopped one’s head off and let another escape. Father will be furious. It must be odd for you... to be the disappointing child.

& Osha: The stars don’t fall for men. The red comet means one thing, boy... dragons.

---

& Daenerys: No one will take my dragons!

& Commander Mormont: And where does he plan marching this army?
    Craster: When you’re all the way north, there’s only one direction to go.

& Mormont: Who am I?! Who am I?!
    Jon Snow: Lord commander.
    Mormont: And who are you?
    Jon Snow: Jon Snow.
    Mormont: Who are you?
    Jon Snow: Your steward.
    Mormont: You want to lead one day?.. Then learn how to follow.

& Maester Cressen: Loyal service means telling hard truths. He’s surrounded by fools and fanatics, but he trusts you, Davos. If you tell him the truth...
    Davos: What’s the truth?

& Jaime: Three victories don’t make you a conqueror.
    Robb Stark: It’s better than three defeats.

& Lord Baelish: I have always had a hard time trusting eunuchs. Who knows what they want?

& Cersei: I heard a song once about a boy of modest means who found his way into the home of a very prominent family. He loved the eldest daughter. Sadly, she had eyes for another.
    Baelish: When boys and girls live in the same home, awkward situations can arise. Sometimes, I’ve heard, even brothers and sisters develop certain affections. And when these affections become common knowledge, well, that is an awkward situation indeed, especially in a prominent family. But prominent families often forget a simple truth, I’ve found...
    Cersei: And which truth is that?
    Baelish: Knowledge is power.
    Cersei: Seize him! Cut his throat. Stop! Wait. I’ve changed my mind. Let him go. Step back three paces. Turn around. Close your eyes. Power is power.

& Robb: Give Lord Renly my regards.
    Catelyn: King Renly. There’s a king in every corner now.

& Cersei: Our enemies will say anything to weaken your claim to the throne.
    Joffrey: It’s not a claim. The throne is mine.

--
On the Imdb.

__ Breathtaking world. Breathtaking masterpiece.

Джордж Мартин — Тысяча миров

Цикл «Тысяча миров»

Мистфаль приходит утром

  “В то утро первого дня после посадки я вышел к завтраку довольно рано, однако Сандерс уже ждал на балконе, где были накрыты столы. ...

&  — Ответы! — В его устах это прозвучало как ругательство. — Ответы! Вечно им нужны ответы... Они просто не понимают, что сами вопросы куда изящнее...

  ... Только призраков уже нет.
       Только призраков.”

__ Мистфаль — это Mist fall, a мистрайс, соответственно, — mist rise. Nice.

---

Песнь о Лии

  “У шкинов древние города, гораздо древнее, чем у людей, а их громадная ржаво-красная столица, стоящая на священных холмах, древнее всех. ...

&  Сосун — просто животное, но он их божество. Вы же знаете, нельзя шутить с божеством.

&  Бедные они, несчастные. Как можно общаться только при помощи слов? Как можно знать? Они всегда врозь, они пытаются дотянуться друг до друга и не могут. Даже когда они занимаются любовью, даже в высший миг наслаждения они разделены. Они, наверно, ужасно одиноки.

&  Ты сказал, что мы знаем друг друга так, как только могут знать два человеческих существа. Ты прав. Но насколько человеческие существа могут познать друг друга? Если они все разделены? Каждый сам по себе в огромной темной пустой Вселенной. Думая, что мы не одиноки, мы лишь обманываем себя, а когда приходит конец — мрачный, сиротский конец, каждый встречает его один, сам, в темноте. Ты здесь, Роб? Откуда мне знать? Ты умрешь со мной, Роб? И мы всегда будем вместе?

&  Много веков назад жил один поэт, его фамилия Арнольд, у него есть стихотворение, где мир сравнивается с темной равниной. {...} Мне кажется, оно о страхе. О заложенном в человеческом естестве страхе одиночества во Вселенной. Возможно, это просто страх смерти, возможно — нечто большее. Не знаю. Но это врожденное чувство. Человек обречен на вечное одиночество, но он не хочет быть один. Он всегда ищет, стремится к общению, тянется к другим через пропасть. Одни никогда не могут ее преодолеть, но некоторым это порой удается. {...} Но ничто не вечно. А потом ты снова один на темной равнине.

  ... И тогда темнота стала рассеиваться, мы обрели друг друга и болтали всю ночь напролет.”

Джордж Мартин — Манна небесная

Путешествия Тафа — 7

Зовите его Моисеем (Шестое путешествие Тафа)

  “С’атлэмская армада прочесывала окраины солнечной системы, двигаясь в бархатной черноте космоса с молчаливой, величавой грацией тигра, вышедшего на охоту. ...

&  – Четыре. Три, – Обер остановился. – Какая неприятная новость? – заорал он в экран.
    – Сэр, – ответил Таф. – Если вы будете кричать, вы только заставите меня сделать потише звук, – он поднял палец. – Неприятная новость заключается в том, что если защитные экраны «Ковчега» будут пробиты, то сработает маленькая термоядерная бомба, которую я заложил в клеточный фонд корабля, и те самые материалы для клонирования, что делают «Ковчег» столь бесценным, уникальным и желанным, будут мгновенно уничтожены.
    Наступило молчание. Горящие красные сенсоры, просвечивающие через темную маску Вальда Обера, пристально разглядывали бесстрастное лицо Тафа.
    – Вы блефуете, – наконец произнес командующий.
    – Несомненно, – сказал Таф. – Вы меня разоблачили. И как только я мог надеяться одурачить такого проницательного человека своей глупой детской шуткой. Теперь вы откроете огонь, пробьете мои старенькие экраны и убедитесь, что я соврал. Только дайте мне минутку попрощаться с моими кошками, – Таф снова сложил руки на своем большом животе и стал ждать ответа.

---

&  – Чем больше обстоятельства меняются, тем долее неизменными они остаются, – ответила она на замечание Тафа.
    – Это одна из тех древних поговорок, которые не выдерживают логического анализа, – сказал Таф, – потому что они явно противоречат сами себе.

&  – Толли Мьюн, на проблему населения, растущего в неразумной геометрической прогрессии, нет ответа – ни рационального, ни справедливого, ни научного, ни технического, ни гуманного. Ее можно решить только с помощью чуда – хлебов и рыб, манны небесной и тому подобного. Дважды я потерпел поражение как инженер-эколог. Теперь я надеюсь одержать победу как Бог, так нужный С'атлэму. Если бы я и в третий раз подошел бы к вашей проблеме как простой человек, я бы опять ничего не добился. И тогда ее решили бы другие боги, более жестокие, чем я – чума, голод, война и смерть. Следовательно, я должен отбросить на время свою человеческую природу и действовать как Бог, – Таф замолчал и посмотрел на Толли Мьюн.

&  – Если вы не сделаете выбора, он будет сделан за вас. Непринятие решения – потому что у вас нет права – это тоже решение, Первый Советник. Воздерживаясь от голосования, вы тоже голосуете.

  ... Ее имя было Толли Мьюн, но в историях, которые о ней рассказывали, обзывали ее по-разному.”