Питер Уоттс — Ложная слепота (4/4)

Ранее

&  – Ты наивно понимаешь эволюционные процессы. Нет такого явления, как выживание сильнейших. Выживание наиболее адекватных – может быть. Не имеет значения, насколько оптимальным является решение. Важно, в какой мере оно превосходит альтернативы.

&  Когда у тебя достаточно власти, тебе не обязательно вести себя, как все. Все начинают вести себя, как ты.

&  Века медитации на пупок. Тысячелетия онанизма. От Платона к Декарту. К Докинсу. К Ранде. Души, и агенты-зомби, и квалиа. Колмогоровская сложность. Сознание как божественная искра. Сознание как электромагнитное поле. Сознание как функциональный кластер.
     Я исследовал все.
     Ветер полагал сознание пояснительной запиской для мозга. Пенроуз слышат его в щебете ручных электронов. Норретрандерс утверждал, что сознание – иллюзия; Кязым считал его протечкой из параллельного мира. Метцингер вообще отрицал его существование. ИскИны заявили, что раскрыли его тайну, а потом добавили, что не могут нам ее объяснить. Гёдель был в конечном итоге прав: система не может до конца познать себя...
     И все они ... упустили главное. Все эти теории, все бредни, опыты и модели пытались показать, что есть сознание: никто не объяснял, на что оно годится. Зачем бы? Очевидно, сознание делает нас теми, кто мы есть. Оно позволяет нам видеть красоту и уродство. Поднимает нас к царственным высотам духа. О, иные дилетанты – Докинз, Кио, редкие фантасты-халтурщики, достойные только забвения, – временами интересовались "почему": почему не биологический компьютер и не более того? Почему неразумные системы должны по сути своей уступать разуму? Но голоса их терялись в толпе. Ценности нашей личности были слишком самоочевидны, чтобы всерьез подвергать их сомнению.
     Но сомнения оставались – в мозгах лауреатов, в смятении каждого озабоченного юнца на планете. Или я химия дрожащая? Или я магнит эфирный? Я – больше, чем мои глаза, мои уши, мой язык; я – маленький человечек за ними, я то, что выглядывает изнутри. Но кто, в свою очередь, смотрит его глазами? К чему сводится система? Кто я? Кто я? Кто я?

---

&  Тварь под кроватью нельзя убить. Можно только занавесить простыней.
     Ненадолго.

&  – Какая разница – мертв ты или просто не сознаешь, что жив?

&  – Вы рационализируете. Вы защищаетесь. Отвергаете неудобные истины, а если не можете отвергнуть с ходу – низводите. Вам вечно недостает доказательств. Вы слышите о Холокосте; вы прогоняете мысль из головы. Вы видите свидетельства геноцида; вы настаиваете, что не так все плохо. Температура растет, тают ледники – вымирают виды, – а вы вините солнечные пятна и вулканы.

&  – Нельзя позволить правде просачиваться по капле. Нельзя дать вам шанса укрепить дамбы и выставить рационализации. Преграды должны рухнуть. Вас должно захлестнуть. Снести. Невозможно отрицать геноцид, сидя по горло в океане расчлененных тел.

&  – Нельзя оставлять себе запасного выхода. Смысл теряется.

  ... Тебе придется представить, что ты – Сири Китон.”

&  Под безобидным, поверхностным вопросом "что такое сознание?" прячется более важный практически – "на что оно годится?"... По крайней мере, в бытовых условиях сознание мало чем занято, кроме того, что принимает служебные записки от гораздо более сообразительного подсознательного слоя, визирует и приписывает всю честь себе. На самом деле подсознание обыкновенно работает так хорошо, что пользуется услугами самого настоящего привратника в передней части поясной извилины, занятого только тем, чтобы не позволить сознанию вмешиваться в рутинную работу мозга. (Если бы остальная часть твоего мозга обладала сознанием, она, скорей всего, сочла бы тебя кем-то вроде роговолосого босса из "Дилберта").

Питер Уоттс — Ложная слепота (3/4)

Ранее

&  То, что не убивает,
     делает нас более странными.
Тревор Гудчайлд

&  В бесконечных пустошах облака Оорта нет места принципу "живи и дай жить другим". Неважно, как поступил или не поступил Другой: думай о том, что он натворил бы, будь хоть капельку сильнее. Думай о том, что он мог бы натворить, если бы мы прибыли тогда, когда должны были согласно его планам.

&  – Зрение – по большей части ложь. Мы на самом деле не видим ничего, кроме как в апертуре шириной пару градусов с максимальным разрешением. Все остальное – периферическое зрение, клякса, просто... движение и свет. Движение фокусирует взгляд. Твои глазные яблоки постоянно подергиваются, ты знаешь, Китон? Саккады, так это называется. Картинка смазывается, движение слишком быстрое, мозг не успевает интегрировать данные, поэтому глаз просто... выключается в паузах. Он улавливает только изолированные стоп-кадры, но мозг вырезает пропуски и заполняет... иллюзией связности.
     И ты знаешь, что самое потрясающее? Если предмет движется только в этих промежутках, мозг его просто... игнорирует. Он невидим.

&  Вы познаете истину,
     и истина отнимет у вас разум.
Олдос Хаксли

---

&  Ты столько сил вкладываешь в него, правда? Он возвышает тебя над зверями лесными, он тебя выделяет. Ты зовешь себя Homo sapiens – человек разумный. Да имеешь ли ты хоть представление о том, что он такое, этот разум, который ты поминаешь с таким восторгом? Ты хоть знаешь, на что он годится?
     Ты, может, думаешь, разум дает тебе свободу воли? Или забыл, что безумцы разговаривают, водят машины, совершают преступления и убирают улики – и все это время находятся без сознания? Или никто не сказал тебе, что даже те, кто бодрствует, – всего лишь рабы, отрицающие очевидность?
     Сделай осознанный выбор. Реши шевельнуть указательным пальцем. Поздно! Сигнал уже миновал локоть. Тело начало действовать за добрых полсекунды до того, как твое сознание решилось это сделать, ведь сознание ничего не решает; твоим телом распорядилось что-то иное, а гомункулу в черепушке только пояснительную записку отправило – если не забыло. Человечек в голове, самонадеянная подпрограмма, полагающая себя личностью, принимает взаимную связь за причинную; он читает записку, видит, как шевелится палец, и считает, что второе вызвано первым.
     Но он ничем не управляет. И ты не управляешь. Если и существует в природе свободная воля, она не снисходит до таких, как ты.
     Тогда что же? Проницательность? Мудрость? Поиск истины, доказательства теорем, наука, технология и все прочие исключительно человеческие занятия, которые не могут не покоиться на фундаменте разума? Может, он бы и для этого сгодился... если бы научные прозрения не возникали, вполне оформленные, из подсознания, не проявлялись в сновидениях или озарениями после крепкого сна. Первое правило зашедшего в тупик исследователя: остынь. Займись другим. Решение придет, когда перестанешь сознательно его искать.
     Каждый пианист знает, что лучший способ испортить выступление – следить за движением пальцев. Каждый танцор и гимнаст понимает, что тело должно действовать само, без участия разума. Каждый водитель прибывает на место, не запоминая ни остановок, ни поворотов, ни дорог, которыми добирался. Все вы лунатики, когда взбираетесь на пики познания или в тысячный раз корпите над рутинным делом. Все вы просто лунатики.
     И не поминайте только кривую обучения. Даже не пробуйте говорить о месяцах старательных тренировок, ведущих к въевшемуся в плоть мастерству, или о годах кропотливых опытов, которые венчает перевязанная ленточкой эврика. Что с того, если уроки ты усваиваешь в сознании? Разве это доказывает, что нет иного пути? Эвристические программы уже на протяжении столетия обучаются только на основе опыта. Машины освоили шахматы, автомобили научились водись себя сами, статистические алгоритмы ставят проблемы и предлагают эксперименты для их разрешения, и вы все ещё считаете, что единственный путь к обучению лежит через разум? Да вы – кочевники каменного века, впроголодь живущие в саванне, отрицая даже возможность сельского хозяйства, потому что ваши предки довольствовались охотой и собирательством.
     Хочешь знать, для чего нужно сознание? Хочешь знать, какую – единственную – функцию оно реально выполняет? Подпорок для учащихся ходить, маленьких колес детского велосипеда. Ты не в силах увидеть оба аспекта кубов Неккера разом, поэтому оно позволяет тебе сфокусироваться на одном и отсечь другой. Изрядно дурацкий способ анализировать реальность. Всегда лучше видеть разом обе стороны. Ну, попробуй. Расфокусируй взгляд. Логически – это следующий шаг.
     Не получается? Что-то мешает.
     И оно сопротивляется.

Окончание

Питер Уоттс — Ложная слепота (2/4)

Начало

&  В бою первым гибнет план боя.
Гельмут фон Мольтке-старший

&  Жизнь слишком коротка для шахмат.
Лорд Байрон

&  – Выясним, что сможем. Пока будет поступать информация. Станем отбиваться, пока хватит сил.

&  – Пока карты не сданы, совершенно неважно, насколько хорошо ты играешь в покер, а? Шансы получить хорошую сдачу не меняются.

&  На самом деле люди воюют не из-за цвета кожи или идеологии; и то, и другое – всего лишь удобные метки для отбора сородичей. В конечном итоге все сводится к генетическим линиям и дефициту ресурсов.

---

&  Даже самые убедительные аргументы против счастья становятся сизифовыми камнями.

&  – Веришь или нет, люди временами предпочитают игнорировать даже счастливые воспоминания. Ну, например, если им понравилось что то, что они считают неприличным. Или, если они считают, что счастливыми быть недостойны.

&  ...эта фраза служит чем-то вроде мантры, можно даже сказать молитвы. "Хищник бежит за едой, – гласит она. – Жертва бежит от смерти". Вывод напрашивается следующий: обычно добыча ускользает от хищника за счет лучшей мотивации.

&  Ничего не меняется. На войне нет никакой порядочности, никакого кодекса поведения, кроме командной цепочки и боевого строя. Разбирайся с опрометчивыми, если положено, карай виновных, если должен, хоть бы для блезиру. Но ради всего святого – вначале закрой дверь. Никогда не давай врагу удовольствия видеть раздоры в твоих рядах, ему положено лицезреть лишь единство и стальную уверенность. Среди нас могут быть насильники и убийцы, но, Господь свидетель, это наши насильники и наши убийцы.

&  Если вы это видите – оно,
     скорее всего, не существует.
Кейт Кио,
"Основания для самоубийства"

&  Временами мы можем представлять себе предметы – и все же не видеть, хотя они находятся прямо перед нами. Небоскребы возникают ниоткуда, наш собеседник меняет обличье, стоит отвлечься на секунду – а мы не замечаем. Это не волшебство. Даже не обман зрения в полном смысле слова. Это явление называют перцептивной слепотой, и о нем известно уже более столетия: склонность взгляда не останавливаться на том, что эволюционный опыт считает невероятным.

&  Успех зависел от непредсказуемости, а есть ли лучший способ быть непредсказуемым, чем не знать самому, что делаешь?

&  Проблемы невозможно решать
     на том же уровне компетентности,
     на котором они возникают.
Альберт Эйнштейн

&  – Люди не ведут себя разумно. Даже ты. Мы не мыслящие машины, мы... мы жрущие машины, которые по случайности умеют думать.

&  Рядовой встречает врага лицом к лицу.
     Рядовой рискует своей жизнью.
     Рядовой знает цену скверной стратегии.
     А что знают генералы?
     Тактические схемы и диаграммы.
     Вся цепочка подчинения стоит на голове.

&  – Посмотри на мир чужими глазами и сам переменишься?

&  Лингвист прибегла к самому старому приему из "Справочника практикующего палача". Если истязатель хочет по-прежнему возвращаться после работы домой, к семье, играть с детьми и спокойно спать по ночам, то никогда, никогда не должен считать своих жертв людьми.

Далее

Питер Уоттс — Ложная слепота

  “Все началось раньше. ...

&  Это сильней всего поражает меня в мире:
     явственная необходимость воображать то,
     что в действительности уже существует.
Филип Гуревич

&  Если нам не больно – значит, мы умерли.

&  Стадные животные всегда убивают слабаков в своих рядах. Это знает каждый ребенок, инстинктивно.

&  Сам я лично не встречал никого, кто вернулся бы после восхождения. Хотя – а кто захотел бы? Даже Люцифер покинул небеса, лишь когда его с них сбросили.

&  Плоть и кровь по-своему соотносятся с реальностью: необходимы, но не достаточны.

&  Воля к сопротивлению столь же механистична, как дыхательный рефлекс. И то, и другое можно подавить, используя подходящие нейрохимические отмычки.

&  За четыре тысячи лет мы не смогли доказать себе, что реальность существует вовне наблюдателя от первого лица.

&  Может, сингулярность случилась много лет назад. Мы просто боимся признать, что остались позади.

---

&  Никакой необходимости собираться в одном месте физически не было – но если хочешь привлечь чье-то внимание, говорить надо лицом к лицу.

&  Суровый климат и стихийные бедствия или убивают тебя, или нет, а единожды подчиненные – или заставившие приспособиться – теряют опасность. Нет, единственные факторы среды, не теряющие значения, – те, что сопротивляются, что новым подходам противопоставляют самоновейшие, что заставляют противника брать невероятные вершины исключительно ради выживания. В конечном итоге единственный настоящий враг – это враг разумный.

&  С ней в чем беда: теория игр предполагает рациональную заинтересованность игроков. А люди не ведут себя рационально. {...} Все, на что годится теория игр, это рациональные игроки вида Homo Sapiens.

&  – Ну, согласно теории игр, нельзя никому говорить, когда у тебя день рождения.
     – Не понимаю.
     – Проигрышная ситуация. Выигрышной стратегии нет.
     – Что значит «стратегии»? Это же просто день рождения.
     – Смотри, предположим, ты всем расскажешь, когда у тебя день рождения, и ничего не происходит. Это вроде как оскорбительно.
     – Или, предположим, тебе закатят вечеринку...
     – Но ты не знаешь, сделано это искренне или ты своим предыдущим сообщением пристыдил знакомых отметить дату, на которую они предпочли бы забить. Но если ты никому не скажешь, и никто не отметит твой день рождения, то причин обижаться не будет, потому что, в конце концов, никто же не знал. А если кто-нибудь все же поставит тебе выпивку, ты поймешь, что это от чистого сердца, так как никто не станет тратить силы на то, чтобы выяснить, когда же у тебя все-таки день рождения – а потом еще и отмечать его, – если только ты этим людям в самом деле небезразличен...
     Я мог просто ... расчертить таблицу результатов: «сказать/не сказать» в столбцах, «отмечали/не отмечали» в строках, неоспоримая черно-белая логика затрат и выгод в самих ячейках. Расчет был неопровержим: единственной выигрышной стратегией оставалось умолчание. Только дураки рассказывают про свои дни рождения.

&  Как-то мглистым вечером, во вторник, я принес Челси цветы. Припомнил нелепость старинной романтической традиции – преподносить в качестве совокупительного дара отрезанные гениталии другого вида...

&  Стеклянный потолок всегда в тебе.
     Стеклянный потолок – это сознание.

&  Невнимание подразумевает безразличие. Или неуважение.

Далее

Питер Уоттс — Подёнка

  “— Я ненавижу вас. ...

&  Мысленный эксперимент по жестокому обращению с детьми: поместите новорожденного в окружение, лишенное вертикальных линий. Держите его там, пока не сформируется мозг, пока проводка не затвердеет. Целые группы клеток сетчатки, отвечающие за сопоставление с определенным образцом, недоразвитые из-за отсутствия потребности в них, навеки останутся вне зоны досягаемости этого человека. Телефонные вышки, стволы деревьев, вертикальные небоскребы — ваша жертва станет неврологически слепой к подобным вещам на всю жизнь.
    Что же случится с ребенком, выращенным в мире, где вертикальные линии превращаются по мановению руки в круг фракталов или любимую игрушку?

&  На всем пути от глаз к мозгу стоят фильтры: клетки рецепторов, пылающие границы сознания, алгоритмы сопоставления с уже существующими в разуме образцами. Бесконечный запас прошлых образов, эмпирическая визуальная библиотека для использования. Больше, чем взгляд, зрение — это субъективный котел бесконечно малых улучшений и искажений.

---

&  — Ты же знаешь, как я тебя люблю?
    — Конечно, — легко ответила Джин. — Что бы это ни значило.

&  — Думаю, снова почитаю «Алису в Зазеркалье». По крайней мере хоть кто-то другой живет в реальном мире.
    — Изменения, происходящие здесь, — дело твоих рук, Джин, — сказал Ставрос. — Это не махинации какого-нибудь бога или автора.
    — Знаю. Но Алиса заставляет меня чувствовать себя более... обыкновенной.

&  А бюрократия... ну ледники иногда двигаются резвее, особенно в спешке.

  ... Он надеялся, что сможет хотя бы не потерять из виду ее след.”

Питер Уоттс — Ниша

  “Когда на станции «Биб» гаснет свет, становится слышно, как стонет металл. ...

&  — Долго ты терпела насилие, Лени? Сколько лет? {...} У тебя выработалась не просто терпимость к боли, Лени, ты приобрела пристрастие к ней. Так? {...} Там работает определенный механизм. ... Знаешь, Лени, как мозг справляется со стрессом? Он выпускает в кровоток разнообразные наркотические стимуляторы: бета-эндорфины, опиаты. Если это случается достаточно часто на протяжении длительного времени, ты попадаешься на крючок. Тут ничего не поделаешь. {...} Это не я придумала. И сколько подвергавшихся насилию детей потом проводят всю жизнь, цепляясь за жестоких мужей, или занимаясь самоистязанием, или затяжными прыжками!

---

    — И от этого счастливы, так, что ли? — с холодным презрением осведомляется Кларк. — Им нравится, когда их насилуют, или колотят, или...
    — Нет, конечно, ты не счастлива, — перебивает Баллард. — Но чувство, которое ты испытываешь, вероятно, ближе всего к счастью из всего, что тебе доводилось когда-нибудь переживать. Так что ты принимаешь его за счастье, ты повсюду ищешь стрессы, как можно больше стрессов. Это — психологическая наркомания, Лени. Ты сама напрашиваешься. Ты всегда напрашиваешься сама.

  ... Но она не в обиде. Ей не хотелось бы возвращаться.”