Леонид Каганов — Танкетка
“В то утро я проснулся от стука капель по подоконнику и долго лежал неподвижно на спине — вытянувшись, широко раскинув в стороны руки и глядя в потолок. ...& — Так устроена жизнь, Артур. Она почему-то всегда наказывает невиновных.
... — Это тебе от Фархи! — крикнул он с ликующей яростью, швырнул коробку прямо нам под ноги, а его мотоцикл взревел и рванулся прочь, стараясь оказаться от этого места как можно дальше, пока длится эта навечно замершая секунда.”
Владимир Васильев — Шуруп
“— И последний вопрос, курсант. ...& Табло в холле ожили — все двадцать одновременно. Толпились большею частью перед теми, что транслировали результаты первой тысячи, и только потом неохотно оттекали к аутсайдерским. Людям свойственно переоценивать собственные способности, да и иррациональную надежду на лучшее убить в себе не так-то просто, особенно если ты молод и полон сил.
... «Вахта длиною в жизнь, — подумал Виталий с неожиданным пафосом и запустил двигатели. — Вперед, в шурупы...»”
Максим Тихомиров — Национальная демография
“Эксгумацию провели в десять часов утра. ...& Что может быть лучшим символом безвременно погибшей любви, чем мертвые цветы?
& «А что, и спросим с кого надо, – подумал Дима. – Да хоть с самих Отцов-благодетелей, если понадобится!»
Встрепенувшись, он отогнал прочь недостойные мысли. Мы же люди, напомнил он себе. И должны вести себя как люди – даже если в этом и нет особой нужды.
& Рот малютка раскрывал в беззвучном крике, не издавая ни звука. По малолетству он еще не понял, что для того, чтобы тебя услышали, нужно заставить себя дышать.
«Ничего, – подумал Дима. – Научится. Всему свое время».
& Беззвучно орал благим матом их мертворожденный сын.
Жизнь продолжалась.
& Жизнь шла своим чередом, не оставляя времени на созерцание ее стремительного течения.
... И ухо.”
