& Он может позволить себе быть честным, потому что лишен страха.
& — Страх превосходно действует, Ал, мой дорогой мальчик. Особенно если это страх за тех, кого любишь.
& Никогда не следует ждать, что кто-то проявит милосердие от твоего имени.
& Если живешь в городе, то легко забываешь о звездах.
& Если бы все было заранее предопределено для нас, жить на свете было бы гораздо проще. Я не должен испытывать никакой вины, если я — всего лишь рука Провидения. Я могу во всем обвинить судьбу и спать сном праведника.
& жизнь трудная штука, рассчитывать на гладкий путь не приходится, так что надо стараться и надеяться, что нас не слишком часто будут водить за нос.
& — Любовь... Самое подлое чувство. Любовь владеет слабыми — владеет, калечит их и уничтожает.
— Ты представления не имеешь, о чем говоришь. Ты никогда не любил. Это нельзя понять, если только...
— Но я люблю! Я люблю смерть.
— Это вовсе не то же, что любить человеческое существо.
— Это даже лучше. Смерть — единственная дама, достойная любви, потому что она владеет нами всецело. Любить себе подобного — это форма рабства. Только научившись любить смерть, человек может вкусить свободы. Признав границы, которые полагает смерть, мы освобождаемся, чтобы познать жизнь.
& — Безумие также может оказаться правдой. Пятьдесят пять миллионов человек погибли в течение шести лет во Второй мировой войне. Безумие? Безусловно. Но ведь правда?
& — Никогда не слышал о тиране, который бы делал добро.
... Думаю, мне придется убивать.”
>> City of the Snakes (Город—3) (будет (בהנ"ו))