<< Девушка, которая застряла в паутине (Millennium — 4)
Millennium — 5
“– И потом, эта татуировка... ...& – Ложь как оружие?
– Ложь как средство создания хаоса. Ложь как альтернатива насилию.
& Старость оскорбительна сама по себе. Каждый раз, когда возникала необходимость сменить подгузник, Хольгер вспоминал одно стихотворение Гуннара Экелёфа. ... Стихотворение называлось «Им должно быть стыдно», и его лирический герой ... сравнивал свою смерть с медленным погружением в болото. «И последним, что вы увидите, – говорил он, – будет мой кулак, взметнувшийся среди кувшинок, и пузыри, которыми поднимутся на поверхность мои слова».
Дальше могло быть только хуже, но у Хольгера всегда оставалось право на несогласие. Каким бы несчастным он себя ни чувствовал, никто не мог отнять у него возможности сопротивляться – вот о чем было это стихотворение. Пусть он идет ко дну, но с гордо поднятым кулаком, и это его протест против боли, унижения, ворчливых медсестер и подгузников.
& Одни лишены музыкального слуха, другие застенчивы, а Ивар Эгрен злой. В этом его слабость, к которой Лео отныне относился со всей возможной снисходительностью.
& Ложь – особенно неумелая – почти не обнаруживает несостыковок. Она гладкая, как клише.
& – Иногда мы можем читать в глазах, но гораздо реже – в сердце.
& Каждый видит в других отражение собственного зла.
... В суматохе никто не заметил, как Лисбет Саландер, пройдя между рядами кресел, исчезла в дверях и направилась к воротам, выходившим на площадь и дальше, – к переулкам Гамла Стана.”
